Я хмурюсь и вспоминаю о посланиях отца. Вернувшись в кухню и найдя первое из них, я беру его и наклеиваю прямо на лоб моей львицы.
Но как только собираюсь подняться в свою комнату, какой-то невероятно противный звук раздается прямо над моим ухом:
– О! Привет!
Резко останавливаюсь. Каблуки, обтягивающие черные джинсы, светлая рубашка с весьма впечатляющим декольте, которое, к сожалению, открывало вид на крошечные сиськи, над которыми виднелось отлично уложенное короткое каре и белоснежная улыбка.
Должно быть, львица пригласила свою мерзкую подружку провести здесь день. Она смотрит на меня, стоя на нижней ступеньке лестницы, ведущей наверх. Выглядит как разгоряченная гиена, не иначе.
– Обалдеть! Каждый раз мы встречаемся с тобой как будто случайно, – хохочет она.
Толкаю ее – она загораживает мне дорогу в мое убежище.
Софи.
Я едва успел на нее взглянуть, а вот она осматривала меня сверху донизу с ехидной ухмылкой на губах. Привстав на цыпочки, она дотянулась до моего уха:
– Какой мощный стояк… – произносит она, похотливо улыбаясь.
Хочу обойти ее стороной, но она положила руки мне на талию и медленно провела ими вверх.
Не буду отрицать, что это меня немного начало возбуждать, но, как только я взглянул на ее лицо, все мгновенно прошло.
– Софи?
Голос Елены. И он мгновенно приводит меня в чувство, как электрошок. Скидываю с себя ее руки и отталкиваю, чтобы пройти. Перешагивая через две ступеньки, быстро оказываюсь у дверей своей комнаты. Тут-то я и встретил львицу.
– А, ты уже здесь, – говорит она.
– Мы поболтали немного, – обрывает ее Софи.
– Да? И о чем же? – спрашивает Елена, глядя мне прямо в глаза.
И только здесь я вспоминаю, что пачка сигарет абсолютно пуста. Тут же хватаю телефон, чтобы отправить эсэмэску Бенито и обнаруживаю одну непрочитанную от Солис.
«Как ты? В понедельник начинается новый учебный год, я рассчитываю на тебя, Тиг… Заеду завтра к Хиллзам тебя проведать, хорошо? И ответь мне уже хоть на одно сообщение!»
Проигнорировал ее, и пишу Бенито:
«Сигареты и зажигалка. Встречаемся на Статен-Айленде, сможешь?»
Незамедлительный ответ:
«СТАТЕН? Но что ты там делаешь?»
Да пофиг. Отправляю ему картинку со средним пальцем, бодро задранным вверх и адрес, он мне ответил, что скоро будет, не спрашивая больше никаких подробностей.
Я уже смирился с мыслью, что сейчас окончательно сойду тут с ума, но мой телефон вибрирует. Жду уже три часа этого придурка с моими сигаретами. Не могу больше. К счастью, никто не приходил меня доставать за это время. Переживать ломку в одиночестве гораздо легче.
Соскакиваю с кровати и выбегаю из комнаты, на ходу засунув телефон в карман. Быстро спускаюсь по лестнице и вот, буквально в мгновении ока, я уже на улице. Подбежал к калитке. Бенито там не было. Зная его, скорее всего, он ошибся улицей, а, может быть, и штатом.
Быстро запрыгиваю на калитку и смотрю по сторонам. Да, вот он. Стоит этот хрен на другом конце улицы и с кем-то трещит по телефону. Засунув пальцы в рот, свистнул ему. Он оглянулся и пошел ко мне.
– О-хре-неть! – восклицает он, разглядывая дом Хиллзов.
Я выхватываю у него из рук бумажный пакет, пока он стоит с открытым ртом. Да плевать на этот дом. Все, что я сейчас хочу – это курить.
Мимоходом обратил внимание, что его нос до сих пор был неплохо так опухшим, затем засунул руку в пакет, где лежало, наверное, пачек десять сигарет. Не теряя ни секунды, вытащил одну, достал сигарету, закурил и глубоко затянулся.
– Погоди, ты что, здесь живешь? – спрашивает Бенито.
Он подходит к калитке и облокачивается на нее так, будто она заперта изнутри. Я молча курил, как вдруг он буквально ввалился внутрь.
Калитка открылась. Бен встал, размахивая руками и проклиная все вокруг: землю, калитку и даже мать калитки. Мне было очень смешно.