Здесь могу находиться только взрослые, а мне нет еще и семи и по идее мне нельзя здесь находиться. Хочется есть. И я так давно стою здесь, что уже болят ноги и спина.
Я снова накричал на Энн, она почти плакала, и Энтон ударил меня, прежде чем наказать.
Он сказал мне, что нехорошо доводить девочек до слез. И то, что моя мама наверняка тоже плачет из-за того, какой я непослушный. И после этого я накричал и на него тоже. Не хочу, чтобы моя мама плакала. Она же не виновата в моих криках…
Но сейчас плачу я сам, потому что Энтон ударил меня по щеке, и она теперь болит. Не люблю плакать, потому что потом все надо мной смеются. Вытер слезы. Бенито говорит мне не прятать слез, а еще он всем сказал, что я его брат. Но я ему не верю – мы совсем не похожи. У него глаза темные, а у меня – блестящие. Энн так всегда мне говорит. Снова вытираю слезы. Энн плакала из-за меня, а я этого очень не люблю, потому что от этой мысли мне снова хочется плакать.
– Эй, там!
От неожиданности и испуга я вздрагиваю. Это Энтон. Я не должен двигаться, совсем про это забыл. Наклоняю голову, но все же отчетливо слышу его шаги. Он пришел и схватил меня за волосы.
– Не двигаться! Понял, блин?
Он так громко кричит, что я начинаю плакать еще сильнее. Его рука делает мне больно.
– Шевельнешься еще раз и отправишься в чулан на всю ночь!
Нет, только не чулан…
– НЕТ! Я не хочу!
– Ты не должен кричать! – рычит Энтон.
И бьет меня головой о стену. Мне очень больно. Но Энтон крепко держит меня за волосы и снова бьет о стену. Каждое свое слово он сопровождает ударом моей головы, и каждый раз он мне говорит, что мне нельзя кричать. Но сам-то он кричит при этом.
– Когда это уже отпечатается в твоей башке, Доу!
Мне очень больно, но я не кричу. Что-то горячее капает сверху на мою футболку. А ведь эта футболка – подарок на день рождения, который я получил сегодня утром.
Что-то красное. Энтон еще раз бьет меня о стену и отходит.
– Что тут происходит? Впустите меня!
Это кричит какая-то женщина, но я стою по-прежнему лицом к стене, чтобы не злить Энтона еще больше, и громко плачу.
– Кто вы такая? – зло спрашивает Энтон.
– Пропустите меня.
Женщина выглядит очень сердитой. Я не шевелюсь, вокруг меня все стало красным, но не понимаю, откуда бежит кровь.
– Пойдем со мной, мой малыш.
Женщина берет меня на руки и очень быстро куда-то идет. У нее темные и длинные волосы. Закрываю глаза. Мне плохо, и я плачу.
– Все хорошо, я уже здесь.
