— Я тоже чуть-чуть эмпатка, — призналась она. — Самую капельку. Меня даже врачи осматривали, боялись, что будет сбой мотивационного комплекса, но потом решили, что это слабая способность, детская. Она потом исчезнет. Ну, после пубертата, вы понимаете.
Она немного покраснела.
— Я вот чувствую, Тёмпалыч, что вы хороший человек, добрый и честный. Мне жаль, что вы не можете быть моим папой…
Чёрт, вот что тут с детьми творится, а? Мне даже на секунду захотелось бросить всё и остаться, но я прекрасно понимал, что уже ничего не будет как раньше. Да и Настя ещё не знает, что я нарушил все неписаные кодексы Коммуны. Не такой уж я и честный, ага.
— Простите, простите! — неправильно поняла мою перекосившуюся рожу девочка. — Я знаю, что это неправильно, что это эгоизм и собственничество! Это из-за эмоций Эли, я потеряла контроль, сорвалась, простите ради всего!
— Не извиняйся, Настя, — обнял я её. — Ты очень хорошая девочка, удивительная умница. Для меня было бы счастьем иметь такую дочь, как ты.
От кого пришёл этот импульс короткой, безумной, тут же погасшей надежды? Но я не могу подобрать всех бездомных котят Мультиверсума.
— Настя, — сказал я, с трудом справившись с потоком своих и чужих эмоций. — Ты можешь мне немного помочь? Мне и Эли?
— Конечно, Тёмпалыч, что угодно!
— Эли нужна одежда, а я, представь, понятия не имею, где тут одевают девочек!
— Она не девочка, она совсем взрослая, — покачала головой Настя. — Она даже, наверное, старше вас. Но я поняла, о чём вы. Пойдёмте.
И мы пошли. Я чувствовал себя невероятно выжатым и измученным. Такие эмоциональные встряски не для меня. Аж сердце покалывает. А ведь у меня ещё и среди жён эмпатка затесалась. Добавить к компании Эли и Настеньку — будет психоцирк-шапито «Отвал башки». Бродячий, потому что никто нас таких прекрасных не выдержит.
Вот вроде невелика Коммуна, а всё время открываю для себя что-то новое. Оказывается, для детей тут есть отдельный одёжный центр. Большое светлое помещение, судя по стилю — бывший универмаг, заставленное вешалками и кабинками и увешанное зеркалами. Фасонов, правда, не очень много — в сравнении с одёжными магазинами материнского среза, так, пожалуй, и бедненько — но расцветки яркие и комбинировать никто не запрещает. Правда, никакого «принцессинства» — кружев, блёсток и прочей тюли. Функционально, скромно и качественно пошито.
— Спасибо, Настя, — сказал я. — Тебе, наверное, на уроки надо бежать?
— Пропущу, — решительно махнула рукой она. — Иногда можно, мы же дети. Я опережаю программу.
Вот ни капли в этом не сомневался.
— Вам помочь? — к нам подошла серьёзная девочка на пару лет старше Насти, явно на трудовой практике тут.
— Вот для этой красавицы ищем одежду, — сказал я. — Полный набор, от белья до обуви.
— Ой… — девочка ожидаемо прибалдела от нашей Эли, но справилась. — Какой у неё рост? А размер ноги?
— Никто не мерил, — ответил я. — Заодно и выясним…
Слава коммунарской деликатности, девочка просто кивнула, и они втроём скрылись в череде вешалок и лабиринте примерочных, оставив мне обычную мужскую роль — сидеть и ждать. Поскольку девочки — это те же женщины, только поменьше, ожидание обещало быть долгим. Это время жаль было терять напрасно, и я достал из сумки планшет. Давно пора выяснить, куда занесло мою трижды матримониальную проблему.
Я не зря одной из своих «жён» успел в лифчик слазить. Когда мы воевали за ключевые реперы, каждый штурмовой оператор получил по маленькому черному диску, размером с покерную фишку. Маячок, который оператор мог отслеживать через планшет. Не знаю, как предполагалось это использовать по задумке командования, но мне он ни разу не понадобился. Так и провалялся в крошечном карманчике на лямке разгрузки. Его-то я и сунул горянке промеж сисек — чтобы, если удастся удрать, найти срез Севы. Теперь же это открывало, я надеюсь, некоторые дополнительные возможности.
Древние технологии не подвели — маркер маячка я обнаружил без труда. Есть шанс, что и жёны там где-то рядом. Разумеется, его могли отнять, потерять, выкинуть, закопать с трупами… — да что угодно могло случиться. Но последнее возможное оправдание у меня исчезло.
К сожалению, расположение маркера не говорило мне ровно ни о чём — репер расположен далеко, в десятке переходов, и я ничего про него не знаю. Можно попробовать поискать информацию в базе Воронцова, хотя вряд ли я что-то там найду. Просто потому, что исследованных, хотя бы на скорую руку, реперных точек куда меньше, чем неисследованных. Просто так, из любопытства, по Мультиверсуму не шляются — занятие это небезопасное, а оператор — ценный ресурс общины. Тем не менее — проверить стоит. Может, не в конечную точку, но хотя бы в промежуточные кто-то попадал. Уже будет легче. Десять одиночных переходов вслепую на неизвестные реперы — это как десять раз в русскую рулетку сыграть.
