Театр стекла и теней полностью

– Да я не сомневаюсь, – сказал Итан. – Насколько я понимаю, записывал он довольно тщательно. Проблема в том, что иногда он решал записать не совсем то, что ему предоставляли. Это же Театральный округ. Кроме того, имена здесь означают не вполне то же, что во внешнем мире. – Он наклонил голову. – А кем ты хочешь быть?

Джульетта не знала, как ему ответить. Внутри был лишь необъятный, невозможный клубок из тоски, и утраты, и надежды, и страха. А потом все закрутилось в спираль и надвинулось. Она запрокинула лицо к Итану:

– Я хочу быть той, кем была прежде. Я хочу быть Девочкой в Серебряных Туфлях.

Итан долго смотрел на нее.

– Расскажи-ка ты лучше все. Как ты сюда попала? – Он оглядел магазин реквизита. – Очевидно, не сюда. В Театральный округ.

Запинаясь и путаясь, Джульетта продралась сквозь повесть о том, что было после отцовской смерти. О ключе не упомянула – тайная вылазка в анклав местных жителей ощущалась как вторжение. Итан несколько раз перебивал, задавал вопросы – главным образом о том, кто еще знал, что она связана с Округом. Только мачеха, поспешила успокоить его Джульетта. Нет, сама она здесь не говорила никому.

– Я знала, что это должно оставаться тайной. – Необходимо, чтобы он понял: она все сделала правильно. – Я знала, что нельзя никому ничего говорить.

Итан медленно кивнул:

– А как ты думаешь, твой отец кому-нибудь рассказывал?

– Вряд ли, – ответила Джульетта. – Он никогда об этом не говорил. Даже мне.

– И ты вообще ничего не знала о Театральном округе? – спросил Итан.

Нейтральный вопрос, но Джульетте стало немножко стыдно, как будто забвение было предательством. Она снова спросила себя, как можно было допустить, чтобы начало ее жизни начисто стерли. А потом вспомнила, как смотрела на свой портрет в «Корабельных новостях», – как на краю сознания блеснули почти-что-воспоминания.

– Я не забыла совсем, – сказала она. – Когда вернулась сюда, что-то вспомнила. Запах театра. Места, которые казались знакомыми. Как я была Девочкой в Серебряных Туфлях, ходила по проволоке. Стою высоко и смотрю вниз.

– Ты это помнишь?

У него было такое лицо, что ей стало неловко: сказать правду, подкрепить эти слова ей особо нечем.

– Это не вполне воспоминания. – Она помедлила, собираясь. – Больше похоже на давний сон.

Это звучало лучше.

Итан вглядывался в ее лицо, и Джульетта перепугалась, что сделала недостаточно. Что он сейчас вежливо улыбнется, скажет: «Приятно было познакомиться» и «Как-нибудь приходи еще» – и уйдет.

Как будто в подтверждение ее страхов он оглянулся через плечо и сказал:

– Мне надо идти. Мне пора в театр.

Горе уже подступило холодной волной, но тут он сунул руку в карман и вытащил ключ:

– Вот. Это для Шоу. Дай мне пару часов, потом приходи на третий этаж. Я тебя там найду.

– Найдешь меня? – Джульетта уставилась на него.

– Не волнуйся, – сказал он. – Я понимаю, тут все невозможно запутано, но если проводить тут дни напролет, начинаешь неплохо ориентироваться. Я тебя разыщу. – Он скривил губы в улыбке. – Только не прячься в шкафу, например.

Он первым зашагал через магазин реквизита, и Джульетта почувствовала, как в ней вроде бы возрождается надежда. Но вдруг она неправильно все поняла? Как опытный штурман, Итан вывел ее узкими проходами развалов под чеканную вывеску и дальше, в сплетение переулков.

На небольшом перекрестке он остановился:

– Главная площадь отсюда по прямой. Скоро увидимся. – Он отступил на несколько шагов и напоследок послал ей улыбку через плечо. – И помни: никаких шкафов.

Когда он исчез, Джульетта еще постояла, проигрывая в памяти эту встречу, пытаясь уложить его слова в незавершенный пазл собственного разумения. Голова шла кругом от возможностей. Большинство ее вопросов так и остались без ответа, но Театральный округ все делал по-своему, жил по-своему. Если она хочет стать здесь своей, придется отказаться от обыденных ожиданий.

Своей. Накатило ликование. После стольких неприкаянных лет, после всего, что у нее отняли или чего у нее никогда и не было, она нашла путь домой.

Очереди у «Дома дверей» не было.

Итан велел подождать пару часов, и Джульетта решила пока осмотреться. Может быть, она в последний раз здесь как посетитель. Пройдя две петли, она двинулась предположительно на третий этаж, надеясь, что Итан тоже там будет. И, словно призвала его силой мысли, увидела, что он идет навстречу, а за ним дрейфуют несколько ранних посетителей. Она подождала, ловя его взгляд, но он прошел мимо, не обернувшись, и ей пришлось влиться в его свиту.

Он стремительно миновал переход и привел их в коридор, который Джульетта узнала; остановился в тупике и прижал ладонь к лоснящейся от воды стене. Когда он повернулся, Джульетта почувствовала напряженное предвкушение зрителей.

Пожалуйста выбери меня ты хочешь меня пожалуйста выбери меня.