Джульетте хотелось заткнуть уши. Когда Итан впервые привел ее сюда, танцевал с ней, целовал ее под огромным небом, все казалось возможным. А теперь он говорит, что в этом никогда не было ничего реального.
– Девушки, – повторила она. – Давно это происходит? И
– Такой уговор, – ответил Итан. – Заключен давным-давно. Страна переживала трудные времена, и Округ впервые в своей истории оказался в упадке. Вряд ли Байрону Балларду хватило дурости не понимать, что без последствий не обойдется, но, мне кажется, он не сознавал, во что ввязался. Первые Спонсоры вливали деньги в Округ, надеясь, что их пустят поиграть. – Он цинично улыбнулся. – Однако Режиссеры не любят делиться своими игрушками. Сообразив, какие игры привлекают этих богачей, Режиссеры нашли им игрушки на замену. – Улыбка исчезла. – И порой игрушки ломались.
От омерзения у Джульетты внутри все перевернулось.
– Но всегда найдутся новые – в ворота течет бесконечный поток юных, исполненных надежд, ищущих работу и мечтающих получить место в Шоу. Их можно использовать, а потом выбрасывать.
– То есть убивать.
Джульетта дрожала; Итан шевельнулся – может, снова захотел прикоснуться к ней, однако передумал.
– Не всех, – ответил он. – Это же длилось двести с лишним лет. Не всякий Режиссер был так же меркантилен, как Байрон Баллард, и не у всех Спонсоров имелись такие… предпочтения. По большей части сделка была попроще. Деньги и связи в обмен на расширенный доступ. Особые постановки, гарантия приватных показов, эксклюзивные мероприятия, куда пускали только Спонсоров. Намеки – что и как будет развиваться. Сюжетные линии, следующие их прихотям. Порой шли годы – и ни единого несчастного случая. Но рано или поздно наступали тяжелые времена или Округ выбирал Режиссера, чьи планы простирались дальше прочих, и все начиналось заново.
Джульетта вспомнила компанию мужчин, которые ходили по театру так, словно он принадлежал им одним, и какое было у Итана лицо, когда она возмущалась.
– Спонсоры. Кто они?
– Не знаю, – ответил он. – Имена так просто не разглашаются. Но знаю, что им хватает средств позволить себе все, чего пожелают, и хватает могущества сделать так, чтобы их самые темные желания никогда не вышли на свет.
– Мертвые девушки. – Сколько ни повторяй, эта абсолютная жуть не блекла. – Столько лет. Почему никто не догадался?
– Потому что это Театральный округ, – сказал Итан. – Все дробится, искривляется, обманывает. – Он покачал головой. – Ночные двойники – просто очередная история, полунамек, и это не случайно. Режиссеры живут историями. Знают, как они устроены. Если похоронить тайну, а потом она всплывет, на свет явится суровая и недвусмысленная правда. Лучше дать людям проблеск этой правды, и пусть они накрутят вокруг нее сказок, пока все не запутается настолько, что правды, с которой все началось, уже никто и не вспомнит. Когда из реки достают очередное тело, старые истории всплывают вместе с ним. Слухи об издевательских письмах в полицию. Имена – Глушильщик, Сталкер, Потрошитель из Южных Святых. Если Шоу выплескивается за пределы театральных стен, как узнать, где оно заканчивается? Может, мертвые девушки и подозрения полиции – тоже сюжет. – Он скривил губы. – Может, никаких девушек и не было никогда, потому что откуда нам знать, что реально, а что нет?
Джульетта тряхнула головой:
– Ночные двойники были настоящие. И они мертвы.
– Не все. Далеко не все. – Он это уже говорил, и Джульетта понимала, почему он цепляется за эти слова, как утопающий за любой обломок. – Но когда Округу нужны деньги или когда «близко» недостаточно близко для некоторых Спонсоров, в самые темные истории Округа вплетается очередная ниточка. – В глубине его глаз клубились тени. – А во тьме кроется сила. Дейнс это понимает.
– Дейнс. – Вернулось воспоминание о подслушанном разговоре. – Помощник Режиссера хотел, чтобы Дейнс сдержал свое обещание. Он сказал…
И она осеклась. Где-то в памяти об этом разговоре предостережением звякнула фальшивая нота, но неясно, с чего вдруг.
– Он обещал Келлану Грею, что положит этому конец, – сказал Итан. – В обмен на его помощь на выборах. – Мельком улыбнулся, покачал головой. – Я не сразу понял. Он никогда не сдержит обещания. Он собирается вписать свое имя в историю Округа, пусть даже кровью. Ночные двойники для него – просто шестеренки в механизме. Я даже не уверен, что он считает их настоящими.
– А ты? – Гнев Джульетты увязал в страхе, но она все равно целилась им в Итана. – Ты все знал. Почему ты никому не сказал?
