– Что?
– Он толкнулся! В первый раз!
Я улыбаюсь, вспомнив о женщине из больницы:
– У меня недавно тоже была такая реакция. – Затем до меня доходят ее слова. – Он?
– Да. Мальчик.
– Брат, – замечает Алан.
Брат. Я так долго изводил себя мыслями, что они хотят воссоздать нашу семью в былом ее виде, и даже не подумал о брате. Мозг заклинивает. Я делаю шаг назад.
– Мне нужно собраться в школу.
– Хорошо, – кивает мама.
Я останавливаюсь в дверях, достаю из конверта двадцатидолларовую купюру, возвращаюсь и кладу ее на стол перед Аланом.
– Что это? – спрашивает он.
– Вычитаю купленное за твой счет.
– Чего это мы так рано в школу притащились? – интересуется Рэв.
Мы сидим в темноте на школьных ступенях, ожидая, когда охранник откроет парадный вход. На улице такая холодрыга, что я готов подраться с Рэвом за его толстовку. Он даже ладони спрятал в рукавах. Парковка вся в тумане.
– Мне нужно встретиться с учительницей по литературе. – Я искоса бросаю на него взгляд. – Тебе не обязательно было ехать со мной.
– Ты мой водитель.
– Тогда заткнись.
Слышны чьи-то шаги. Из тумана выходит миссис Хиллард.
– Ты так рано! – удивляется она.
– Вот радость-то для меня, – бубнит Рэв.
Я ударяю его по плечу и поднимаюсь на ноги.
– Вы написали, что хотите поговорить. Я подумал, это может быть важно.
Миссис Хиллард перевешивает сумку на другое плечо.
– Готов пойти со мной?
– Конечно.
Рэв отходит в сторону, и на лице учительницы мелькает страх. В темноте в своем капюшоне он смахивает на уголовника.
– Помочь с сумками? – говорит он своим обезоруживающим тоном.
Улыбнувшись, она протягивает ему сумку.
– Не откажусь от такого предложения.
В этот час в школе практически никого нет и коридоры освещаются лишь мигающими лампами. Класс миссис Хиллард, пока она не включает свет, напоминает черную дыру.
Мы с Рэвом садимся за первые парты.
Учительница переводит взгляд с Рэва на меня.
– Ты не против присутствия друга?
Рэв с улыбкой откидывается на спинку стула:
– «У кого друзей много, тому несдобровать, но любовь иного друга – крепче братской»[14].
Многие смотрят на Рэва так, будто не могут его понять и не уверены в том, стоит ли он того, чтобы его понимать. Миссис Хиллард лишь приподнимает брови.
– Вряд ли я обойдусь чашечкой кофе, если мы начнем цитировать библейские притчи.
Я пинаю стул Рэва.
– Не обращайте на него внимания. Да, он может остаться.
Миссис Хиллард открывает сумку и достает из нее листок. Я узнаю на нем свой почерк. Все поля усыпаны ее комментариями, написанными красной ручкой. Она кладет листок передо мной.
– Откуда это все?
– Я писал это у вас под носом, – тут же ощетиниваюсь я. – И не списывал.
– Тебя в этом никто и не обвиняет. Я спрашиваю: как ты умудрился написать несколько сотен слов, когда на уроках приходится с таким трудом выуживать из тебя пару-тройку?
Вспыхнув, я опускаю глаза.
– Стихотворение заставило меня поразмыслить.
– Ты замечательно пишешь. Прекрасно изъясняешься и приводишь веские доводы.
Я уже забыл, когда меня в последний раз хвалили учителя. Да кого я обманываю? Я забыл, когда учителя в последний раз смотрели мне в глаза. Мне становится невероятно тепло от ее слов. Я нервно кручу ручку.
– Спасибо.
– Я могу ожидать от тебя таких письменных работ и в дальнейшем?
Чую какую-то ловушку.
– Возможно.
– Дело в том, что я хотела предложить тебе перевестись на AP-курс по литературе.
Рэв вздергивает голову. Я давлюсь застрявшим в горле воздухом.
– AP-курс? – повторяю я, обретя наконец способность говорить. – У меня в программе нет ни одного университетского курса.
– Ты собираешься поступать в университет? AP-курсы дадут дополнительные баллы и будут хорошо смотреться в твоем аттестате.
Я гляжу в сторону. Большинство учителей ожидает, что я продолжу свое образование в государственном исправительном учреждении Мэриленда. Мне и в голову не приходило взять себе университетский курс, и уж тем более переводиться на него, когда учебный год начался месяц назад.
– Не знаю, смогу ли догнать всех, – признаюсь я.
– Хочешь попробовать?
«Ты сам выбираешь свой путь».
Да, но это путь в гору. С тележкой, полной кирпичей.
– Не знаю.
– Считаешь себя недостаточно способным? Поверь мне, ты очень способный.
– Нет… – отвожу взгляд. – На этом курсе учатся умные ребята. Они посчитают меня тупым.
– Докажи им, что это не так.
Я колеблюсь.
– Тебя пугает объем работы? – спрашивает миссис Хиллард.
– Нет.
Она отворачивается, достает с полки книгу и протягивает мне.
– Уверен?
Бросаю взгляд на название: «Прощай, оружие!» Эрнеста Хемингуэя.
– Ты читал это произведение? Мы сейчас его проходим.
Слыхом не слыхал ни о Хемингуэе, ни о его книгах.
– Нет.
– Попробуешь почитать?
– Я подумаю.
К моему удивлению, на ее лице нет разочарования. Она просто кивает.
– Возьми почитай. Дай знать свое решение к концу этой недели, хорошо?
– Конечно. – Я слегка задыхаюсь.
Мы с Рэвом идем к нашим шкафчикам. Наверное, начали прибывать первые школьные автобусы, так как коридоры медленно заполняются учениками.
– Ты пойдешь на этот курс? – спрашивает Рэв.
– Не знаю. Что ты мне посоветуешь?
