Люди в значительной степени иррациональны. Многие из них хотят выглядеть необычно. Некоторых тянет на абсурд. Поэтому если дело касается предметов, влияющих на имидж владельца, им вовсе не обязательно быть «правильными», чтобы пользоваться спросом. Конечно, не следует отягощать свою совесть придумыванием вещей, от которых больше вреда, чем пользы.
Никто не может стать хорошим поэтом без воспламенения души и какого-то порыва безумия.
Роль поэтов в обществе очень невелика. Спрос на поэзию незначителен: он гораздо ниже, к примеру, спроса на детективы и фантастику. Поэты, пишущие, как им хочется, обычно бедствуют. Хорошо зарабатывают поэты-песенники, пишущие шлягеры. Один супершлягер может кормить всю оставшуюся жизнь. Но таких удачливых сочинителей набирается в лучшем случае пять человек на всю страну.
Безусловное предпочтение стихам перед прозой отдают только дети 3..9 лет. Между тем, хороших детских поэтических книжек очень мало. Родители не скупятся для своих чад, и если к хорошим стихам будут хорошие картинки, на этом тоже можно неплохо заработать.
Другие прибыльные разновидности поэзии — это рекламные стихи, стихи к массовым официозным мероприятиям, пропагандистские стихи для школьной программы, эпиграммы и пародии (если получаются смешными), а также эпитафии.
Поэтическое творчество хорошо как пикантное добавление к чему-нибудь более основательному — чтобы можно было сказать: «А этот NN еще и поэт неплохой». В таком случае и на стихах удастся что-нибудь заработать.
Чтобы пользоваться спросом, поэт должен мелькать: толкаться на приемах, лезть на телевидение, выламываться под оригинала.
Типы поэтов:
1) модные поэты; их много покупают, но читают меньше, чем покупают;
2) поэты на подхвате; кормятся рекламными стишками, политическими эпиграммами, эпитафиями, стихотворными подписями к рисункам в книжках для детей;
3) поэты-переводчики; переводят для снобов мировую классику; классика неисчерпаема, но спрос на нее небольшой;
4) официальные поэты; их много печатают, изучают в школах, читают по радио, но мало кто любит на самом деле;
5) кумиры оппозиции; могут существовать лишь при тоталитарных режимах; зарабатывают деньги на стихах немедленно после краха режима либо за границей.
Можно иметь поэтическую натуру, но не писать стихов. Можно писать стихи, но не стремиться к их публикации. Поэты публикуют свои стихи из тщеславия, ради денег, иногда — в качестве служения Родине и человечеству.
Стихотворчество и стихоговорение аналогичны чесанию зудящих мест: реакция на своеобразный словесный зуд. Чесаться приятно и обычно даже нужно, но если человеку не чешется, значит, с кожей у него всё в порядке. Слабая чувствительность к поэзии позволяет предполагать наличие душевного здоровья. Если человеку не нравится читать стихи, это может означать, что либо у него разум доминирует над эмоциями, либо ему хватает других возбудителей.
Рифма маскирует убожество стиха — когда сама по себе не слишком убога. Поэтому если белый стих получается сносным, получится и рифмованный. Некоторые люди воспринимают рифмованность как приниженность.
Неконкретность стихотворения — «и нечто, и туманна даль» — не является его отрицательным качеством. Люди, читающие или слушающие стих, имеют возможность додумывать его на свой вкус. Корректность мысли для стихов не обязательна. Сократ у Платона: «Поэт — если только он хочет быть настоящим поэтом — должен творить мифы, а не рассуждения.» («Федон») Пушкин и вовсе сказал, что поэзия должна быть глуповатой.
Иван Бунин: «Писать стихи надо каждый день, подобно тому как скрипач или пианист непременно должен каждый день без пропусков несколько часов играть на своем инструменте. В противном случае ваш талант неизбежно оскудеет, высохнет, подобно колодцу, откуда долгое время не берут воду … Регулярно, не дожидаясь вдохновения, настроения и тому подобного, писать — как ходить на службу …» (В. Катаев «Алмазный мой венец»). Чтобы писать сносные стихотворения, достаточно следовать совету Бунина: возиться с рифмами каждый день, поддерживая в себе навык стихосложения и некоторое остроумие. Но для создания великих стихов нужны страдания, порывы возвышенной страсти, а для этого следует разнообразно, бурно и рискованно жить, а не ходить каждодневно «на службу». Сократ у Платона: «Относительно поэтов вот что я узнал в короткое время: не мудростью могут они творить то, что они творят, а какою-то прирожденною способностью и в исступлении, подобно гадателям и прорицателям; ведь и эти говорят много хорошего, но совсем не знают того, о чем говорят. Нечто подобное, как мне показалось, испытывают и поэты.» («Апология Сократа»)
