– Вы же сказали, что он вел себя нормально.
– Так и есть. Когда мы ссорились, он и раньше уходил. Обычно ездил к сестре в Рипон. Я думала, тело Дэйва напомнило ему о нашем романе и Билл снова разозлился. Вот только… – Она взглянула прямо на Стеф, на ее лице теперь явно читался страх. – Я звонила его сестре – Билл не приезжал. Не знаю, куда он делся.
Картер с Робинсоном довольно легко нашли «Бернтуэйт моторс». Старомодная мастерская грязным пятном выделялась среди опрятных коттеджей с ухоженными садиками и явно не привлекала к себе туристов. На почерневшем переднем дворе стоял древний бензонасос с рекламой «Эссо», к стене крепилась жестяная табличка с надписью «Кастрол». Здание автомастерской, по размеру не сильно превосходящее сарай, втиснулось меж двух домов и стояло чуть в стороне от дороги. Во дворе, среди теснившихся вдоль строения древних автомобилей, Картер заметил два «Моррис Майнор» и «Форд Англия», остальные опознать не удалось. Некоторые простояли здесь уже так долго, что сквозь ржавый корпус проросла трава, а пустые гнезда для фар походили на глазницы человеческого черепа. Широко распахнутые двери в мастерскую с обеих сторон подпирали кирпичи. Из радиоприемника доносилась громкая музыка, которая, сливаясь со звоном молотка по металлу, заглушила бы любой разговор.
Картер заглянул в темное помещение, освещенное лишь светом двух голых лампочек. Вдоль перепачканных стен тянулись шаткие полки, забитые смазочными шприцами, банками с маслом, проводами и сальными коробками. Все вокруг покрывала древняя, въевшаяся пленка грязи и жира. Воздух провонял ржавым железом и машинным маслом.
Картер осторожно вошел внутрь, стараясь уберечь элегантный костюм и обувь.
– Мистер Картрайт!
Ответа не последовало. Сзади подошел Робинсон и с улыбкой покачал головой.
– Мистер Картрайт! – заорал Картер во весь голос.
Когда глаза немного привыкли к полумраку, полицейские разглядели фургон, стоящий над смотровой ямой. Внезапно грохот прекратился, из-под машины полетели искры, и яму озарил яркий фиолетовый свет. Теперь можно было рассмотреть очертания Картрайта, держащего сварочную горелку.
– Точечная сварка ходовой части, сержант, – заметил констебль Робинсон.
– Вижу, – хмуро отозвался Картер, пытаясь увернуться от летящих искр. Шипение сварочной горелки казалось почти столь же громким, как стук молотка. – Что будем делать?
– Предоставьте это мне, сэр, – проговорил Робинсон.
Подобрав с пола метлу, которой здесь, судя по всему, нечасто пользовались, констебль присел на корточки и концом ручки мягко похлопал Картрайта по плечу. Горелка внезапно погасла.
– Кого еще принесло? – прогремел снизу голос.
– Полиция, мистер Картрайт. – Картеру все еще приходилось кричать, чтобы заглушить радио.
– Что? – Между колес фургона возникла огромная голова с чумазой физиономией и перепачканными волосами; на лбу торчали защитные очки. Нахмурившись, Сэм Картрайт окинул взглядом Картера. – О, опять вы… Какого черта вам нужно? Неужто еще не схватили убийцу?
– Мы хотим задать вам несколько вопросов, мистер Картрайт. Можно… – Картер указал на радио.
– Нет, черт возьми, нельзя. У меня нет времени с вами лясы точить, куча работы. До пяти вечера нужно починить шасси, – буркнул он и снова исчез под фургоном.
Взглянув на Робинсона, Картер покачал головой.
– Просто выключи его.
Подойдя к верстаку, Робинсон выключил заляпанный краской радиоприемник. К счастью, из-под фургона больше не доносилось ни стука, ни шипения.
Картер опустился на корточки, так что голова оказалась почти на одном уровне с головой Картрайта, и проговорил спокойно и по возможности уверенно:
– Сэр, я прошу вас сотрудничать. Мы расследуем убийство.
Картер заметил, как за стеклами защитных очков сверкнули глаза Картрайта, и на миг решил, что здоровяк направит на него сварочную горелку. Однако тот лишь зло стянул очки и, выбравшись из ямы, бросил горелку на пол.
– Я ж уже сказал, что ни шиша не знаю. Понимаю только, что плакали мои денежки.
«У него явно вспыльчивый характер», – подумал Картер. Он легко мог поверить, что Картрайт был способен ударить Аткинса по затылку. Но спланировать убийство?.. Возможно, все случилось спонтанно, и когда механик понял, что Аткинс мертв, то просто оставил тело в пещере. А по пути, таща труп к месту последнего упокоения, наверняка все еще проклинал несчастного, что тот не заплатил условленную сумму. Если Аткинса убили в гневе, тогда Картрайт будет одним из главных подозреваемых.
– Я понимаю, сэр. Вы уже упоминали, что Аткинс задолжал вам деньги, – проговорил Картер и, не дожидаясь, пока Картрайт вновь начнет развивать эту тему, продолжил: – Но мы хотим задать еще несколько вопросов. Вы состоите в клубе спелеологов?
– Не, здесь нет.
– То есть вы не состоите в клубе Уорфдейла?
– Не-а.
– Почему?
– Рассобачился с этим умником из Гартвейт-холла.
– С Саймоном Хардиманом?
– Ага. Ублюдок возомнил себя всезнайкой, потому что у него, видите ли, есть сертификат. Да некоторые из нас спускались в те пещеры, когда еще пешком под стол ходили.
