Но… Рэми опустил руки, посмотрел в белоснежные доски под своими сапогами, не зная, что и ответить. Миранис его… отпускает? Но хотел ли Рэми этой свободы… скорее нет, чем да.
Но это потом… боги, это все потом.
— Никто от нас не отвернется, — сказал стоявший за Миранисом Кадм. — Мы братья, Рэми, и этого никто никогда не изменит.
— Вам не придется…
— Не оглядывайся на нас, Рэми, — сказал вдруг Тисмен. — Ты сам когда-то говорил, что мы взрослые люди, высшие маги, воины, если даже ты уйдешь в свой клан, мы справимся. А если не справимся, это не твоя вина. Всех не спасешь.
— Ты… — сжал кулаки Рэми. — Пока тебя убить можно лишь убив Мираниса… и меня заодно. Надеюсь, ты это помнишь!
— Да, Рэми, мы это помним, — ответил Лерин. — Очень хорошо помним. Но не потому тебя защищаем, совсем, целитель судеб. И уже давно не ради Аши. Надеюсь, ты об этом будешь помнить, когда тебе в следующий раз понадобится чья-то помощь.
— Повелитель чуть меня не убил. А тоже…
Но Миранис его оборвал:
— Я не мой отец. И никогда не хотел тебе навредить всерьез… видят боги, не хотел, даже когда меня окутывало это проклятое заклятие. Ты же знаешь, Рэми. Знаешь, что уже много раз был в моих руках слабый, беспомощный. Знаешь, что был бы мертв, если бы я этого на самом деле захотел… знаешь, ты ведь никогда не был дураком, правда? Да, я поддался этому заговору, да, я позволил себе тебя ударить, но… а они, — и он показал на телохранителей. — Они ведь никогда не дали тебе повода в себе сомневаться, не так ли? Они хоть раз отвернулись от тебя в битве? Хоть раз встали не на твою сторону?
И Рэми хорошо знал ответ на этот вопрос.
— Я знаю… — оборвал он Мираниса и искренне обрадовался, когда на дорожке к беседке появился хариб принца. — Спасибо… вам всем спасибо.
— Нам пора, — поклонился принцу, телохранителям хариб.
— От нас отвязаться гораздо сложнее, чем тебе кажется, малыш, — сказал Кадм, когда Рэми прошел мимо него. — Для тебя невозможно. Ты ведь никого не убиваешь… не так ли? Но никто из нас никогда не будет тебя неволить. У тебя своя судьба. У нас своя. И только дурак этого не понимает.
А Рэми лишь окинул магический сад тоскливым взглядом. И все же почему кажется, что он его видит в последний раз? Ну вот почему?
— А теперь тебе придется вспомнить, что ты телохранитель наследного принца Кассии, а не принц Виссавии, — холодно вырвал его из мечтаний Лерин.
***
Рэми вслед за принцем медленно спускался по широким белоснежным ступенькам, радуясь, что все внимание доставалось Деммиду, Миранису, и идущей меж ними принцессе.
Темно-синие одежды, мягкий аромат духов, блестевшие в лучах солнца драгоценности… во всем этом великолепии Рэми терялся, но был и рад потеряться. А где-то там, за ними, охраняя свиту принцессы, шел Арман.
На площади перед главным входом в замок было многолюдно и как-то тихо… застыли по обе стороны ступенек статуи, столпились по обе стороны дорожки придворные, грызла алые губы в волнении Калинка. Все пестрило от пышных нарядов принцессы и ее свиты, и на их фоне одетые в фиолетовое виссавийские послы казались какими-то скромными, невзрачными. Говорили тихо, двигались незаметно, так что походили на прислугу, но были везде и всюду, направляя, успокаивая. Уделяя много внимания бледной принцессе, будущей жене их вождя.
Дядя женится? На ней? Даже не верится… впрочем, на принцессу Рэми старался не смотреть. Он лишь заметил, что Аланна и еще несколько архан пытались успокоить Калинку, но сам чувствовал только одно: Мираниса.
Его неожиданно сильное беспокойство сжигало изнутри телохранителей, но больше всего доставалось Рэми. Остальные не желали брать на себя часть работы, вне обыкновения свалив щиты принца на одного Рэми. Неожиданно… а ведь раньше на всех важный встречах Мираниса подстраховывали по крайней мере два телохранителя. А теперь что, аж так доверились Рэми?
«Не обольщайся, — отрезвил идущий рядом Лерин. — Держать щиты ума много не надо, нужно старание. Мы понятия не имеем, что ждет за аркой, потому и черпаем силы у тебя. Чтобы не остаться беспомощными, если на нас нападут».
«Нападут»… Кто? Рэми скривился: в Виссавии боевых магов нет, даже если и нападут, с телохранителями не им тягаться. Ни с одним из них. И убрать оттуда Мираниса, если что, всегда успеют. Но вслух ничего не сказал, сосредоточившись на принце.
Вовремя: буря внутри наследника внезапно усилилась, шарахнув по щитам, хотя с виду принц был как всегда спокоен и улыбчив. Рэми прикусил губу, чтобы не застонать — ментальный удар был слишком сильным, Миранис же, как всегда, не тревожился об окружающих. Может, и вовсе не отдавал себе отчета, что излучает такую силу. Высший маг, чтоб его, такого лучше не злить, его гнев вполне убить может. Такому даже не возразишь, когда услышишь:
— Будь хорошим мальчиком и не натвори ничего, когда мы войдем в Виссавию. И без тебя там будет нелегко.
