Я предприняла попытку сползти с него на землю. Не позволил. Я снова подлетела и оказалась на его руках, прижатая к мощной груди. При этом этот перевертыш нес меня с таким видом, будто я вообще ничего не весила. Лошадь плелась следом.
Дорога была пустая, но я все равно чувствовала стыд. Меня никто никогда не носил на руках. Нелепость какая-то.
— Руни, я ведь тяжелая! — попыталась достучаться до него. — Отпусти, пойду сама. Я привыкну и приспособлюсь, честно. Не думай, что я какая-то там рохля. Просто... Просто последние несколько дней и ночей выдались ужасными. Нападение. Клетка эта. В ней разогнуться было невозможно. Потом как лошадь к дереву привязали, а после... — Здесь я предпочла замолчать.
Оборотень хмыкнул и уставился на меня.
— А после явился я, да?
— С этого момента начинается белая полоса, — нашлась я. — Ты отвязал, успокоил, накормил и дал хоть немного поспать в относительном тепле.
— Касси, а ты, оказывается, подлиза! — поддел он меня.
Я возмущенно фыркнула. Страх мой перед этим оборотнем окончательно исчез, и теперь я могла быть самой. А посему:
— Ну вот раз в жизни решила отвесить мужчине комплимент, и на тебе — не оценили. Ну хорошо. Да, а потом явился ты и у меня на глазах вырвал всем глотки. У меня от ужаса в тот момент магия прорезаться начала. Хотя нет... — я призадумалась. — Она у меня с твоим незабываемым появлением снова исчезла.
Руни в ответ на мою гневную обличительную тираду лишь пожал своими широченными плечами.
— С магией твоей действительно все странно. — Он продолжал уверенным шагом идти вперед. — У драконов — магия в крови. Исчезнуть она не может. Да, у кого-то дар сильнее, у кого-то пшик. Но эти крохи не могут испариться, если, конечно, дракон не выгорит. С тобой и правда что-то не так.
Стало как-то обидно. Вечно со мной что-то не так. Шмыгнув носом, я не нашла ничего лучше, как обнять Руни за шею и пристроить голову на его груди. Но нехорошие мысли не отпускали.
— Но мой дар ускользает, — тихо призналась я. — Еще три года назад я выбивала щелчком фаерболы, сейчас и искры не всегда появляются.
— Разберемся, — его голос звучал так уверенно. — Сейчас меня заботит лишь телега и несколько добротных одеял. Раздобуду их и посмотрим, что там с твоими искрами.
Он прошел еще немного и вдруг обернулся. На лице моего такого доброго перевертыша появился жуткий, предвкушающий звериный оскал.
Я и охнуть не успела, как меня занесли под ближайшее большое дерево и скинули под него. Рядом привязали и нашу лошадку. Она радостно принялась щипать траву. Я же, моргая, все ждала объяснений от Руни.
Но... зря...
Приложив палец к губам, он вернулся на дорогу и лег на обочине. Прошла, наверное, минута, и показалась телега. Большая. Груженая. Она ехала тяжело, оставляя глубокие следы от колес. Ее сопровождали несколько мужиков грозного вида.
Не оборотни. Густые, длинные бороды выдавали в них обычных людей.
В этот момент у меня проснулась совесть. Скорее всего, это был кузнец со своими учениками, и направлялись они в ближайшее большое поселение на ярмарку, а везли оружие — мечи и боевые топоры — или еще какой-то товар.
Открыв рот, я пыталась сообразить, как попросить Руни не нападать на этих милых страшных людей. Но он лежал и не двигался. Не предпринимал никаких попыток причинить им вред. Телега проехала по дороге, и бородачи вскоре скрылись за поворотом, никого не заметив.
Мы переглянулись с лошадью. Она продолжила щипать траву, а я следить за Руни и наслаждаться привалом.
Прошло несколько минут, и показалась еще одна группа людей. Я мгновенно напряглась. Просто рожи больно знакомые были. Часть той банды, что уже проредил Руни. Они отделились сразу после продажи кареты и моих дорожных сундуков.
Их было семеро. Здоровые немытые мужики со спутанными волосами. Морды страшные, глаза безумные. Двое шли рядом с лошадью, остальные с трудом помещались в бричке.
Небольшая телега выглядела крепкой и надежной. Я даже знать не желала, где они ее раздобыли. Явно у какого-нибудь несчастного крестьянина.
Твари, а не псы.
Так захотелось, чтобы Руни им всем глотки вырвал. Лютая кровожадность затопила душу. Очень мечталось об отмщении. За все!
Моя ненависть к оборотням только возрастала, но странность - она совсем не задевала Руни, словно он был иным.
Отведя взгляд от членов банды, уставилась на своего невольного телохранителя. И вдруг осознала разницу.
Он не был бешеным. Оборотень — да, но не проклятая безумная тварь, которой все равно кого убивать — мужика, женщину или ребенка.
Поджав губы, хмыкнула. Стоило ли оказаться одной посреди леса, чтобы понять это? Наверное, да.
Тем временем бешеные почти поравнялись с Руни. Остановились. Покрутили головами в разные стороны и уставились все разом на меня. Точнее, на нашу беззаботно пасущуюся лошадку.
Такое счастливое выражение появилось на их рожах. Один из них двинулся в мою сторону, и в этот момент Руни поднялся с земли. Мужик моргнул, как зверь, повел носом и отступил на шаг. Остальные бешеные медленно слезали с брички.Настороженно отступали к лесу.
