Судя по всему, прошло совсем немного времени — убийца должен быть где-то близко. Я осторожно опустил на пол тело и только хотел проверить соседние кабинки, как дверь в туалет распахнулась. На пороге возникли два постовых милиционера. За ними маячил швейцар Костик.
— Вот он, я про него вам говорил. — заявил Костик, указывая на меня. — Он мне сразу подозрительным показался.
— И свидетель есть, — добавил Костик. — Бармен видел, как он зашел следом за этим человеком.
Один из милиционеров обернулся к кому-то за спиной:
— Вы бармен?
— Да, я…
Я глянул на говорившего — и ошалел. Это был совсем не тот человек, у которого я накануне спрашивал об Окуне. Или барменов тут несколько, или им прикинулся убийца, а я попался на такой наивный развод. Вот тебе и телепат, мог ведь мысли прочитать! Но ведь сам ставлю заслоны от «шума», чтоб голова не трещала. А «проверять» каждого встречного никаких сил не хватит. Да и не вызывал бармен с мокрой тряпкой никакого подозрения, я ж не совсем параноик…
Представляю, какая картина сейчас предстала глазам милиционеров: я в кровище, у моих ног труп с перерезанным горлом.
— Я полковник КГБ Медведев, — сказал и полез во внутренний карман за корочками.
Один милиционер тут же схватил меня за руку, пытаясь заломить ее за спину. Второй с другой стороны попытался сделать то же самое. Сноровки и опыта у них явно не хватало. Я понимал, что могу в одиночку разбросать их обоих, но усугублять ситуацию дракой с милицией уж точно не хочется.
— Да стойте вы! — заорал я, вывернувшись из не слишком умелых захватов. — Дайте показать документы!
Милиционеры пыхтели, но сдаваться не собирались. А выход из туалета перегораживала массивная фигура швейцара Костика. Надо сказать, он довольно улыбался, наблюдая как меня «вяжут». Неужели и правда гордился, что помог изловить опасного преступника, убийцу?
Я уж решил было поддаться и дать надеть на себя наручники, когда в ситуацию вмешался еще один человек. Умело оттеснив Костика, он вошел в помещение.
— Отпустите его! — приказал, ткнув под нос милиционерам удостоверение.
— Товарищ майор, поймали с поличным на месте преступления… — начал сержант патрульной службы.
— Ну во-первых, вы никого не поймали, он не убегал. Во-вторых, я вижу только человека возле трупа, но это еще не говорит о том, что преступник именно он. Сейчас же, немедленно, отпустите нашего сотрудника и обеспечьте доставку свидетелей в отделение.
Костик сразу побледнел, глаза забегали. Обратив внимание на эту нервозность, я заглянул в его мысли:
«Вот же вляпался. Он же обещал, что я награду получу за содействие, а это что такое творится сейчас? Откуда этот майор взялся? А где тот молодой, который все время здесь дежурил?» — думал швейцар не то растерянно, не то возмущенно.
— Позовите администратора, — продолжал распоряжаться майор, когда мы все вышли из туалета в комнату с баром.
Подбежал прилизанный человек лет сорока пяти, которого я уже встречал внизу в главном зале.
— Такое ЧП, такое ЧП! — испуганно повторял он. — Второе за день! Сначала сообщили, что товароведа арестовали, теперь это вот. Что ж нам теперь, закрываться?
— Это вам в тресте столовых и ресторанов скажут, — ответил майор. — У нас другие задачи.
— А мы только на хозрасчет перешли… Что теперь делать-то? — продолжал ныть администратор.
— Это все сейчас не важно, — перебил его майор. — Вы пока обеспечьте, чтобы из кафе даже муха не вылетела.
— Кому нужно, те уже давно покинули заведение, — заметил я. — Преступник растворился сразу же, как я вошел в туалет.
— А вот это вряд ли. Недооцениваете вы оперативную службу, — майор хитро улыбнулся. — Владимир Тимофеевич, вы сейчас дадите объяснения, как вошли и что дальше случилось, а потом можете идти по своим делам. А мы тут дальше сами.
Костика и бармена увели на разговор. Скоро подъехали медики и эксперты. Я написал краткую объяснительную, потом прошел к бару, за стойкой которого переминался бледный администратор. Заметив там поднос с аппетитными профитролями, я почувствовал дикий голод, но одернул себя: только что зарезали человека, а я буду наворачивать пирожное?
Внизу из главного зала слышался гомон голосов, музыка стихла.
— Как вы могли проглядеть это? — услышал я знакомый голос.
Какие люди — Вадим Николаевич собственной персоной тут как тут! А ведь даже сильно не удивляюсь — не зря он рекомендовал мне не опаздывать на встречу в кафе «Лира».
— Так была установка не спускать глаз с Медведева. Про адвоката Окуня такой установки не было, — оправдывался кто-то. — Тем более, Окунь часто тут бывал.
Я спустился на первый этаж, поздоровался с Удиловым, распекавшим опера.
— Вадим Николаевич, так понимаю, я снова оказался не в то время и не в том месте?
Удилов перестал отчитывать сотрудников и отвлекся на меня.
— Поговорим позже, в Конторе.
Оценив мой неприглядный, заляпанный с ног до головы кровью, внешний вид вид, распорядился:
— Привезите Владимиру Тимофеевичу чистую одежду. Не стоит пугать людей таким видом.
— Мне пока хотя бы умыться… А в туалете работают криминалисты, — пожаловался я.
