— Леди Кастеро, Розмари, прошу, успокойтесь. — Принц сам поправил съехавший кусок ткани и на секунду сжал мои ладони в своих, стараясь как-то поддержать. — Мне правда жаль. У Даниэлы был выбор — спасти ее или вас, успевала оттолкнуть из эпицентра она только одного человека. Она выбрала вас как наиболее полезного члена команды. За что получила высший балл.
— Высший балл?! Для вас, Ваше Высочество, это игра? — прошипела я, давясь слезами. — Весь этот этап... Вы знали, что так будет!
— Я не хотел, чтобы кто-то пострадал и тем более погиб, — грустно усмехнулся он. — Но иногда приходится принимать трудные решения.
— Трудные решения?! Зачем вообще это все? Зачем смерти? За что вы так с нами? Ладно я — кадет, но они-то. Они не подписывались на такое! Алисия не должна была погибнуть!
— Леди Кастеро, а вы действительно хотели бы, чтобы следующей Императрицей стала недостойная, убийца или вообще предательница? Вы правы, это все не игра. И ставка в ней не одна жизнь и не две, а благополучие целой Империи.
— А этот этап поможет их раскрыть — врагов, предателей? Я понимаю, но. — Я покачала головой.
— Не согласны. Хвала Богине, это решение принимать не вам и ответственность за него тоже нести не вам.
— Это я отдала ей приказ, Ваше Высочество, — шмыгнула носом, по щекам опять покатились слезы. — Я виновата не меньше. Я приняла целую серию неверных решений, что привело к смерти одного из членов команды. Я виновата, я!
— На самом деле, леди Кастеро, — принц устало откинулся на стуле, — ваши действия признаны почти идеальными в данной ситуации. Учитывая ваши знания и опыт, разумеется. Вы смогли сплотить команду, вывести на контрольную точку без потерь. На самом деле ваша команда оказалась единственной, кто смог дойти так далеко. И если вы думаете, что Алисия — единственная погибшая.
— Что?! Но вы же сказали!.. А, ну да, вы же, наверное, уничтожили нападающих.
— На самом деле нападающие как раз живы. А вот в других командах есть потери. Но это тема для отдельного разговора, — вставая, сказал принц.
— Вы теперь отмените этап? — набралась я смелости, хотя от новостей начало уже мутить, хотелось забиться в самый дальний угол.
— Нет, — сказал Август и вышел.
А я свернулась на кровати калачиком и дала волю слезам.
После обеда, который только слегка поковыряла — настроения не было, — я все же собралась с силами и решила сходить к девочкам.
Понятно, что они не стали бы меня ни в чем обвинять. Наверное. Но и самой себя, честно сказать, вполне достаточно. Что бы ни говорил Август, а Алисия умерла из-за меня. А каково Даниэле, которой пришлось выбрать, кому из нас двоих жить?
И самое противное, что я чувствовала себя не просто сносно, а практически хорошо. Алисия умерла, а я чувствую себя превосходно. Ну ладно, может, и не превосходно — немного побаливают мышцы, в которых произошли разрывы, — но ведь и не ужасно же.
Я надела темно-синее платье, которое мне принес целитель, не мое, кстати, но идеально подошедшее, и вышла из комнаты. Дверь не была заперта, между прочим, не только выйти может кто хочет, но и зайти тоже.
По рассказу целителя я знала, что нас поселили во дворце Императора в старом лазарете и примыкающих к нему апартаментах дежурных лекарей. Они были удобны тем, что выходили все в одну большую гостиную, где можно было выпить чаю, пообщаться или собрать консилиум, не тревожа пациентов. Сейчас же они очень подходили под нужды организаторов — можно было соблюсти уединение и секретность.
Я вышла в общую комнату и тут же встретилась глазами с Самантой и Даниэлой, сидящими за низким столиком. Опустила взгляд — стыдно до жути.
— Эй, как ты себя чувствуешь? — тут же подбежала Саманта, схватила за руку и подвела к дивану. — Нам не разрешили тебя навещать, сказали, что ты еще слишком слаба. А ты вот, вышла.
— Да, нормально все, — махнула я рукой, которая тут же от такого обращения заныла в районе плеча. — А вы-то как? Принц Марентино сказал, что вы идете на поправку, а остальные не сильно пострадали. Кроме Алисии...
— Простите, — тихо пробормотала Даниэла, — я не успела бы спасти вас обеих. Просто ты была ближе к эпицентру, и я понадеялась, что Алисия и так выживет. А мне, знаете, за это высший балл поставили.
Девушка отвернулась, чтобы скрыть слезы, а мне оставалось только подсесть поближе и приобнять ее.
— Это я виновата. Я приняла неправильное решение.
— Никто не виноват, кроме нападающих, — жестко отрезала Саманта. — И хватит распускать нюни! Мы совершенно не ожидали, что окажемся в зоне настоящих боев. Кто знал, что одна команда — почти полностью боевики.
— Да как такое вообще возможно?! Ну, вы же понимаете, не могут это быть обычные наемницы. Чистота магии, все такое.
Ну да, в словах Даниэлы был смысл. Мало того, что аристократки очень редко становились наёмницами, так еще найти группу из таких вот двадцатилетних боевиков-девственниц — это нереально.
— Могли и здесь познакомиться, — пожала плечами Саманта.
