Он вышел на улицу. От деревьев остались только силуэты, листва почернела, сливаясь с сумраком надвигающейся ночи. Вдоль аллей зажглись фонари. Желтый свет разливался по асфальту, образуя светлые островки в массиве необъятной тьмы, выхватывал из темноты фрагменты зданий, ветви деревьев и кустов, заросли травы.
У трех флагштоков стояли две высокие фигуры «палочников» и одна поменьше. Три пары одинаковых круглых очков бликовали стеклами в тусклом свете, и казалось, у Залевских неимоверно большие круглые и блестящие глаза. Яна успокаивала хныкавшего Вову, а Варя и Леночка стояли поодаль. Стаев направился к группе людей.
– Зря вы загадалки выкопали, – сказала Леночка упавшим голосом, когда Стаев проходил мимо. – Это… даже не знаю как назвать. Надругательство над мечтой. Вот!
Старшая вожатая отошла, села на лавку и расплакалась. Варя отправилась успокаивать подругу. Стаев подошел к чете Залевских и молча выслушал претензии отца, сопровождавшиеся возгласами матери. Дождавшись, когда словесный поток прекратится, следователь глянул на Вову и подмигнул ему.
– Пойдемте-ка в Синий корпус. Я вам кое-что покажу.
Тон следователя был такой злой и безапелляционный, что Залевских не осмелились возражать, а Вова даже перестал плакать. Впятером они двинулись к месту пристанища десятого отряда.
В одной из комнат они обнаружили Лидию Георгиевну и Юлю, которых Стаев попросил присоединиться. Всей компанией они отправились в одну из палат, где Стаев предъявил толстые книги и тетради, найденные в тумбочках воспитанников «десятки». Переждав паузу, следователь повернулся к мальчику.
– Ну да, – нехотя подтвердил Вова. – Ребята действительно читали это и даже менялись книгами. Иногда математикой. Решали уравнения, доказывали теоремы. Это было прикольно.
– Прикольно?! – воскликнул Стаев. – Вам на каникулах заняться нечем? Игры на свежем воздухе, спорт и все такое? Что с современными детьми творится, я не понимаю?
Остальные промолчали. Вова пожал плечами. Тогда следователь извлек на свет большую желтую книгу и положил ее на тумбочку перед юным натуралистом.
– Это твое?
Вова глянул поверх очков и отвернулся, ища спасения у родителей. Те застыли, выпрямились, еще больше вытянулись в длину, отчего действительно стали очень похожи на палочников.
– Ты личность-то свою не отворачивай! – продолжал Стаев строго-ерническим тоном. – Я понимаю книги про динозавров, про животных, даже общая биология – куда ни шло. Но зачем тебе телефонный справочник?
– Память тренирую, – пробурчал Вова.
– То есть как? – опешил Стаев, явно не ожидавший такого ответа. – Учишь наизусть номера? И как успехи? Может, проверим?
– Проверяйте! – с вызовом крикнул юный натуралист.
Стаев открыл справочник на закладке.
– Михайлов А. Н., – прочитал капитан.
– Михайлов А. Н. – подхватил Вова. – 72 45 03. Михайлов А. В. 73 67 98.
Вова продолжал говорить, перечисляя фамилии людей и телефоны, не запинаясь и не ошибаясь. Стаев остановил его и стал проверять вразнобой, открывая справочник на случайных страницах. Вова и с этой задачей справился безупречно.
– Молодец, – сказал наконец Стаев то ли с одобрением, то ли с издевкой и захлопнул справочник.
Он отложил книгу в сторону и присел на корточки перед Вовой.
– Скажи, а остальные ребята из твоего отряда тоже память тренируют?
– Нет. У других она и так хорошая.
– Понимаю. Наверное, поэтому они решают уравнения и читают заумные книжки. Только вот что, дружок. Я просмотрел записи. Я не силен в математике, но все же могу сказать: это уровень университета. Даже не первый и не второй курс. Как двенадцатилетние шкеты могут разбираться в подобном? Они что, все гении?
– Я не знаю… Я просто хотел догнать остальных, – оправдывался Вова, не слушая Стаева. – Наверное, поэтому меня и не взяли в лес, потому что я был отстающим…
Следователь поднялся так резко, что испугал мальчика. Он оглядел чету Залевских, которые продолжали стоять без движения. Затем перевел взгляд на Лидию Георгиевну и Юлю – обе стояли вполоборота, стараясь не смотреть на Вову. Наконец встретился взглядом с серьезной Яной.
– Вы тут нормальные, нет? – взорвался наконец Стаев. – Что за лагерь такой, е-мое? Что за вожатые? Что у вас тут такое происходит?! Есть ли предел безумию? Уважаемая Лидия Георгиевна? Я понимаю, этой гламурной златоглазке на все положить, но вы-то! Вы разве не обратили внимания, чем ваши детки занимаются?
Юля сложила руки на груди и повернулась боком. Лидия Георгиевна молчала. Остальные наблюдали за ним с опаской, ожидая нового взрыва эмоций.
– А что тут такого? Разве это преступление? – осмелилась подать голос мама Вовы. – Что вы от нас хотите? В чем обвиняете? Наш сын не сделал ничего дурного. Он просто учил телефонный справочник. Тренировал память. К тому же он вам помог. Все рассказал. А теперь… Отпустите нас домой, пожалуйста! Мы устали и проголодались! Нам нужен отдых!
Стаев смерил взглядом чету Залевских, мельком глянул на Вову и глубоко вздохнул.
– Ступайте, – вдруг сказал он. – На все… шесть сторон. Чтоб я вас больше не видел.
