Они прождали Хейла до самой ночи, но тот так и не появился. Крест, чувствуя, как напряжение последних дней сводит его с ума, решил развеяться и направился в бордель — туда, где можно было ненадолго забыться. Гнетущая тишина, мрачные лица друзей, постоянное ожидание — всё это давило на него, выматывало. Ему хотелось тепла, живого тела, шёпота в темноте. Лита, с её ласковыми руками и чарующей улыбкой, казалась ему спасением.
Однако и на следующий день Хейл не вернулся. Сначала Крест пытался сохранять спокойствие, но вскоре беспокойство о брате стало перерастать в тревогу. Что-то было не так. Хейл бы не пропал просто так, не исчез бы, не сказав ни слова. Решив, что пора действовать, Крест и Тур договорились утром обойти таверны по привычному маршруту — осмотреть знакомые места, поговорить с трактирщиками, расспросить, не видели ли Хейла. Вечером они условились вновь встретиться в той же таверне, где всегда собирались, надеясь, что, встретят его по возвращении.
И наконец, вечером, когда Крест делился новостями с Туром, в дверях появился Хейл. Он всё так же был в капюшоне, скрывая лицо, и Крест невольно хмыкнул: «Хотя, скорее всего, у него опять лицо как у каменного изваяния — ничего не разберёшь».
— Хейл, ты в порядке? Что-то узнал? — с надеждой спросил Тур. Крест сразу понял: брат решил, будто Хейл исчез не просто так — возможно, нашёл след.
— Нет. Носился по тавернам, — отстранённо отозвался Хейл. — Считывал память у трактирщиков, слухачей, членов братства, наместников. Никто ничего не слышал.
— Что если… — начал Туррен, но резко осёкся.
— Что они ушли? — хмыкнул Хейл. — Эта мысль приходила мне в голову. Я обошёл все ворота, но ни один страж не видел никого, кто напоминал бы Эла или Тэлли.
— Они что, прям всех запомнили? — удивился Крест, не веря, что Хейл мог опросить столько людей.
— Я никого не спрашивал. Я читал воспоминания, — тихо произнёс Хейл.
И только сейчас Крест уловил в голосе Хейла усталость.
«Он всё это время читал каждого, кого встретит!» — с изумлением подумал он, вспоминая, как тот едва выдержал, когда впервые прочёл память трёх человек подряд.
— Скольких ты прочитал? — прошептал Туррен, явно тоже пребывая в шоке.
— Не знаю… несколько десятков, — устало отозвался Хейл, не сдержав зевок. — У вас ничего нового?
— Ничего, брат, — с досадой ответил Крест, ощущая себя бесполезным. Хейл хотя бы мог с уверенностью сказать, что они не покидали город. А он… просто топтался на месте.
— Я поем и пойду спать. Разбудите утром, — пробормотал Хейл, тяжело опускаясь на скамью. — А то боюсь, сам не проснусь.
Он махнул служанке, и та поспешила принести ему еду и кувшин эля.
Тем вечером Крест впервые наблюдал, как Хейл напивается в одиночестве. Брат молча осушал кружку за кружкой, словно хотел утопиться в эле — или, что куда вероятнее, заглушить мысли, от которых не спасала даже усталость.
Хейл со стоном открыл глаза — похмелье будто билось молотом по его черепу, гулко и без пощады. Он не понимал, сколько проспал, но, бросив мутный взгляд на тёмный прямоугольник окна, понял лишь одно: солнце ещё не взошло. С трудом поднявшись, он поплёлся в умывальню, чтобы хотя бы немного привести себя в чувство.
«От меня несёт, как от эмеринов в кабаке», — усмехнулся он, почесав щетину, отросшую за последние дни. Заглянув в тусклое зеркало, он снова хмыкнул, глядя на своё отражение — на аурийца он сейчас был похож меньше всего.
— Особенно на их кронпринца, — пробормотал он с усмешкой и плеснул ледяной водой на лицо и грудь, пытаясь смыть тяжесть в голове и запах пота с кожи.
Позже, уже приведя себя в сносный вид и натянув чистую рубаху, Хейл спустился в общую залу. В дальнем углу он заметил двух бергмаров, тихо беседующих между собой.
— Почему ты меня не разбудил? — проворчал Хейл, подходя к столу.
— Я решил дать тебе поспать после твоей беготни по городу, — ухмыльнулся Крест, лениво поглаживая бороду. — Да и не смог бы я тебя разбудить, брат. Ты спал, как убитый, — хихикнул он.
Уголки губ Хейла дрогнули в ответной ухмылке — он и вправду был вымотан до предела.
— Сколько я спал?
— Почти сутки, — ответил Крест, пододвигая к нему свою кружку с элем. — Думаю, тебе сейчас это пригодится, — усмехнулся он.
— Да уж, брат, ты зришь в корень, — Хейл опустился рядом, принимая кружку. — Какие новости?
— Пока ничего. Всё затихло, — сдержанно ответил Туррен, и Хейл заметил в его взгляде грусть. Он знал, что не может утешить друга, и потому просто тяжело вздохнул, делая глубокий глоток, чтобы заглушить стук в висках и остатки похмелья.
— Сейчас поем… и пробегусь по воротам, проверю, вдруг они покинули город ночью.
— Господин Крест! Господин Крест! — в таверну влетел мальчишка лет двенадцати, весь в пыли, с растрёпанными волосами и лицом, запылённым до самых ресниц. Хейл удивлённо уставился на него — тот, похоже, не один раз падал по дороге, но всё равно добежал.
— У меня новости!
— Тише, пацан, — проворчал Крест, подтягивая стул рядом с собой и усаживая мальчика. — Не кричи. Спокойно расскажи, что узнал?
— Новые убийства, господин! — выпалил мальчик, распахнув глаза.
