Тёмная, книга 1 полностью

— Он будет страдать в одиночестве, без семьи, без единой родной души рядом! — с горечью возразила Ла-Таи. — Даже ты сейчас планируешь умереть, когда рядом твой воин — половина твоей души. Ты не одна, но смеешь говорить, что смерть моего сына в одиночестве — благословение? Ты бы хотела умереть там, в той хижине, совершенно одна? Без своего воина? — Ла-Таи медленно поднялась и посмотрела в упор на едва живую девушку. — Я думала, в тебе больше стали, но ты такая же, как они — жалкая и слабая. Они ничего больше не могут, кроме как спариваться насильно.

— Я не они! — яростно закричала мысленно Тэлли, и Юэ снова невольно восхитился её голосом — он был невероятно мощным и певучим.

— Ты такая же, как они, — спокойно повторила Ла-Таи, садясь на задние лапы и гордо выпрямляясь. — Я прошла через то же, что и ты, и понесла котёнка. Мой сын, Но-Юэ, вырастет сильным и храбрым котом, и не важно, кто его зачал. Я лишь прошу тебя дать ему возможность стать таким. Если ты не видишь смысла в своей жизни, найди его в жизни другого существа. Живи ради него, чтобы не стать такой же слабой, как эти ублюдки!

Когда Тэлли надолго замолчала, Юэ решил, что она потеряла сознание. Её глаза закрылись, дыхание стало почти незаметным, а сердце едва слышно билось. Но Ла-Таи, не отрываясь, смотрела на девушку, напряжённо ожидая решения. Юэ с тревогой наблюдал, как кровь из раны женщины всё сильнее окрашивает безупречно белый снег в пугающий алый цвет.

— Что ты хочешь от меня? — наконец с трудом спросила Тэлли.

— Подари моему сыну шанс на жизнь, которого не было у тебя, — ответила Ла-Таи, осторожно подходя вплотную.

— Что я должна сделать?

— Ничего, — радостно и с облегчением произнесла Ла-Таи, уже не скрывая своих эмоций. — Просто прими его в своё сердце.

И его мать ласково провела языком по загривку и морде Юэ, после чего мягко подтолкнула носом прямо в руки Тэлли, безвольно лежавшие на окровавленных коленях.

— Иди к ней, мой сын. Иди с ней, Но-Юэ. И помни, что я и твой отец, Но-Рави, всегда будем рядом. Я люблю тебя, Юэ.

Юэ осторожно приблизился к девушке и уткнулся мордой в её ладони. Тэлли с огромным трудом подняла левую руку, из которой продолжала струиться кровь, и почти бессознательно погладила его. Вся шерсть Юэ сразу же пропиталась кровью, и когда он потянулся, чтобы лучше уловить её запах, то внезапно почувствовал, как её магические нити нежно касаются его сферы души, осторожно и бережно переплетаясь с ней. Касание было таким мягким и ласковым, что Юэ зажмурился и громко замурчал от охватившего его неописуемого блаженства. Он ясно ощутил её сердце и душу — разбитые на тысячи острых осколков, но каждый из них излучал тепло, наполняя его самого невероятным, ярким пламенем, которое не обжигало, а окутывало теплом, даря чувство абсолютной гармонии и покоя.

И радостный Юэ, стремясь разделить переполняющие его чувства с матерью, повернулся к ней, но увидел, как её тело медленно превращается в прозрачную белую дымку, постепенно теряя свои очертания на фоне снежной белизны. Она растворялась прямо у него на глазах, вливаясь в его сознание, и он ощутил её последнюю мысль, прозвучавшую глубоко в его душе: «Мы с Рави всегда будем в твоём сердце, сын. Если понадобится наша помощь, обратись к своему сердцу и душе. Я люблю тебя, мой Юэ». Юэ осознал, что она только что сделала, но горечь от потери была настолько сильной и невыносимой, что он не выдержал и завыл от тоски, словно маленький, потерявшийся котёнок. Мать покинула этот мир, слив свою душу и душу своего партнёра Но-Рави с его собственной, а его самого оставила на руках едва живой Тэлли.

— Но ты и был тогда ещё совсем котёнком, Юэ, — вдруг услышал он в настоящем мысленный голос своей сестры, всё такой же певучий, сильный и греющий его изнутри. Юэ тут же смутился, осознав, что она увидела часть его воспоминаний. — Тебе же тогда и двух месяцев не было, брат.