Как бы в подарок королю Великобритании Георгу союзники осадили Шанденагор. Де Грасс думал, что именно в этом году он успешно завершит компанию в Ост-Индии и выбьет англичан отсюда. После падения этой бывшей французской крепости Калькутта оставалась бы в полном окружении, и шансов её удержать у противника бы уже не было.
Однако у сэра Чарльза Грея[17], который был назначен главнокомандующим королевскими войсками в Ост-Индии были по этому поводу совершенно другие мысли. В апреле в ночном бою его войска разбили врага и деблокировали Шанденагор. В стане союзников начались споры, и их активность снизилась, а Грей снова принялся играть в любимую английскую игру — рассорь врагов.
У майсоров обнаружились многочисленные противоречия с маратхами, а оба эти индуистские государства криво смотрели на мусульманский Хайдарабад. Французы из кожи вон лезли, пытаясь сколотить новую коалицию, но пока англичане начали медленно возвращать себе позиции.
В Североамериканских колониях Корнуоллис, в свою очередь, решил срочно добивать изнемогающего соперника и перешёл в наступление в Вирджинии, а Клинтон попытался двинуться ему навстречу в Пенсильвании. Большую помощь оказал англичанам переход на их сторону одного из американских героев генерала Арнольда[18], который открыл противнику фронт.
Положение мятежников стремительно ухудшалось, Вашингтон требовал от французов немедленно вмешаться, грозя капитуляцией. Сюффрен сколько ни пытался дождаться окончания ремонта большинства своих кораблей, не смог дальше тянуть — выход из войны американцев высвободил бы огромные силы англичан, и их победы стала бы лишь вопросом времени.
Пусть и не обладая теперь решительным преимуществом в кораблях перед английской эскадрой Грейвза, французский адмирал всё же спланировал удар, который должен был, по его мнению, резко изменить всю ситуацию на этом фронте войны. Это была настоящая авантюра, от которой его отговаривали из Парижа, но как-то вяло. Самому Людовику, очевидно, нравился смелый, весьма рискованный замысел его адмирала, которого он совершенно справедливо считал лучшим французским флотоводцем.
В июне французы внезапным ударом захватили Квебек[19]. Англичане ждали десант в Нью-Йорке, но Сюффрен их обманул. Такой ход был определённо выигрышным — у британцев просто не было сил в Канаде, способных противостоять врагу. Армии Клинтона и Корнуоллиса застряли вдали от вторгшихся войск противника, и французы прошлись вдоль реки Святого Лаврентия[20] победным маршем.
Остатки лоялистов бежали, пытаясь организовать сопротивление, но французы исторически проживали в регионе, недаром до Семилетней войны эта страна называлась Новой Францией. То, о чём мечтали галлы со времён Шуазеля[21], свершилось — Квебек снова заняли французские войска.
Грейвз ринулся на Сюффрена, намереваясь, самое меньшее, восстановить положение. Англичане имели представление о силах противника, о том, что у французов сейчас готовых к бою менее половины их кораблей, и понимали, такой возможности нанести удар, который способен изменить всю военно-политическую ситуацию в Америке у них просто больше может не быть. Разбив французскую эскадру, они окончательно сломят сопротивление мятежников, лишат их надежды на помощь, да и силы французов ослабнут настолько, что можно будет снова начать наступление на юге.
Сражение в заливе Святого Лаврентия[22] было грандиозным. Русские агенты, которые в качестве волонтёров участвовали в битве с разных сторон, твердили о двух днях ада. Противники, словно львы, бросались друг на друга, горящие корабли врезались во врагов и взрывались, бежавшие с поля битвы находили в себе силы и храбрость и снова шли в бой. Сюффрену удалось вселить в своих капитанов и матросов такую веру в победу, что даже гибель флагманского корабля французской эскадры не послужила для них основанием опустить руки.
Французы победили. От флотилии Грейвза не осталось ничего. Франция была счастлива и воспевала адмирала, который смог вернуть ей земли за океаном и славу первой морской державы мира. Американцы воспрянули духом, тем более что англичане были вынуждены оставить всякую наступательную стратегию и пытались хоть как-то удержать позиции, а это в условиях полного превосходства французского флота было очень сложно.
Это дало возможность Неккеру и дальше изыскивать средства на веде́ние войны путём заимствований, что было для нас достаточно удобно — мои агенты по-прежнему могли спокойно заниматься операциями с французскими ценными бумагами. В Англии же ситуация для короля Георга и премьера Норта стала критической. Потеря всех земель уже и в Северной Америке очевидно маячила на горизонте.
