– Уши раскройте, укурки! Я же толкую, что никто больше не вернется! Их там всех сожрали! Сговорился с морлоками, падаль, думал, все вокруг идиоты. А я не идиот, я… Как увидел электровоз, тут и смекнул, откуда эта тварь взялась!
– Ты совсем с ума спрыгнул, что ли? – с сомнением бросил один из боевиков, хватая Штопора за плечо на середине лестницы. Тот резко отбил его руку и, в свою очередь вцепившись в воротник, рванул на себя, после чего заорал ему в лицо, брызгая слюной:
– Да послушай меня! Если этот искатель – зомби, то и его подружка тоже! А в лазарете с ней кто?! Крендель, кореш мой! И что мертвяк сделает с живым? Дошло?! Я не дам Кренделя сожрать!
– Во мля! – отшатнувшись, выпалил встревоженный браток.
Пока Штопор разорялся, со всех сторон начали подтягиваться любопытные, привлеченные переполохом.
– Что происходит? Где Сотников и остальные? – Фёдор заступил Штопору дорогу.
Вместо ответа охранник неожиданно ударил его прикладом автомата в челюсть. Фёдор почувствовал, как хрустнули зубы, а в следующий момент оказался на полу. От боли сознание поплыло, а Штопор, не ограничившись прикладом, врезал ему сапогом в живот. Фёдор захрипел, не в силах вздохнуть, и, похоже, ненадолго отключился – потому что когда перед глазами прояснилось, рядом уже никого не было. Кроме, разве что, нескольких малолетних оборванцев, которые торопливо обшаривали его карманы. Разбитые губы кровоточили, очки, слетев с носа, валялись рядом прямо перед глазами. Обнаружив, что он очнулся, подростки бросились врассыпную. «Наташка!» – с тревогой обожгла мысль. Фёдор торопливо поднялся, стараясь не обращать внимания на боль, скрутившую кишки в узел. Через силу выпрямившись и водрузив на переносицу очки, он увидел возле лазарета взбудораженно гомонящую толпу и сразу зашарил в поисках оружия, но руки обнаружили лишь пустоту. Фёдор растерянно осмотрелся вокруг, еще не веря, что ствол у него сперли. Да и нож тоже.
– Да пошли вы все! Сказано, нельзя! – донесся от лазарета насмерть перепуганный голос Кирпича. – Не пущу! Назад! Назад, я сказал!
Сплюнув кровью, Фёдор с колотящимся сердцем заспешил к лазарету, надеясь, что еще успеет предотвратить непоправимое. С ходу вклинился в толпу, раздвигая людей плечом. Собралось уже человек двадцать, ситуация из-за иступленных воплей Штопора, продолжавшего твердить про зомби, накалялась все сильнее. Много ли нужно, чтобы взбудоражить людей, когда они и так постоянно на взводе из-за Мертвого Перегона? Удача ему все-таки улыбнулась – продираясь на голос, Фёдор оказался как раз сзади Штопора, с воплями наседавшего на мальчишку:
– С дороги, шкет! С дороги, или пристрелю, как бешеную собаку!
– Сам проваливай! – бледный, как плотно, звонко орал в ответ Кирпич, похожий в этот момент скорее на взъерошенного воробья, вознамерившегося драться с уличным котом. Существенное отличие – у воробьев обычно в лапах нет автомата, а у юного следопыта автомат имелся. И хотя его руки заметно дрожали, ствол он не опускал, угрожающе наставив на охранника. – Без Учителя хрен пройдешь!
– Считаю до трех!
– Да хоть засчитайся, все равно не пропущу!
– Застрелю, сука! Раз!
– Хрен тебе!
– Пропусти, парень, – посоветовал Кирпичу кто-то из братков. – Видишь, не в себе человек, пусть посмотрит, что там в лазарете. Да и мы глянем, для порядка.
– И тебе хрен! – запальчиво бросил мальчишка непрошенному советчику.
– Два! – зашипел Штопор, и то ли забывшись, то ли для устрашения передернул затвор лишний раз – патрон, уже находившийся в стволе, выскочил и со звоном улетел куда-то под ноги.
– Три! – выдохнул Фёдор и, неумело замахнувшись, обрушил крепко сжатые кулаки на стриженный под ноль затылок охранника. Похоже, отчаяние придало ему сил – колени Штопора подломились, и он безвольным кулем рухнул ничком, с треском приложившись лбом о мрамор. Воспользовавшись моментом, пока никто не успел сообразить, что к чему, Фёдор вырвал из его рук автомат и отскочил спиной к двери. Теперь он и Кирпич стояли рядом, плечом к плечу, под прицелом нескольких стволов.
– Спасибо, дядь, – поблагодарил Кирпич, от испуга стуча зубами, но по-прежнему не опуская автомата и глядя на толпу с отчаяньем обреченного. – Долго же ты шел…
Фёдор не ответил, не сводя глаз с братков. Он так и не понял, почему Штопор ополчился на детей Сотникова, и что за бред он нес о каких-то зомби. И кто знает, что произойдет, если их пустить внутрь. Если девушка окажется в руках толпы, то ее тогда точно вырвать не получится.
Но…
