Валеар расстался с девушкой в самом благостном расположении духа. Больше всего он опасался, что его избранница будет испытывать страх перед императором, а сейчас девушка, пусть пока только и на словах, убеждала, что она совсем не боится. Если самое главное препятствие исчезает, то можно с высокой долей вероятности говорить о том, что все остальные препоны разрушатся столь же легко. Ведь его узнали даже под маской иллюзий, что было бы невозможно, если бы не имелась связь душ. Правда, тут могло и другое сыграть. Теперь у девушки имеется магия, и она, несмотря на стоящий блок, может понемногу потягивать силу из источника. Хотя, сколько там той силы?
Последний вопрос сильно заинтересовал тёмного, настолько, что он даже подумал о том, что неплохо было бы вечером осторожно прощупать потенциал девушки. Решив, что мысль недурна, император переключился на другие вопросы. Для начала, как и планировал, он отправился к подземельям, чтобы побеседовать с возмутителем спокойствия. Сегодня ураган гнева уже улёгся, и Валеар планировал ограничиться хорошим внушением и попросту выслать наглеца домой, чтобы потом уже назначить основное наказание.
Пленённый лорд выглядел жалко. Помятый, всклокоченный, он мешком лежал в углу темницы со скрученными за спиной руками. Император даже пожалел его.
— Развяжите, — приказал он сопровождающим его стражникам.
Взъерошенный пленник с видимым трудом поднялся на ноги. Валеар усмехнулся: видимо, пока нарушителя порядка доставляли к песту заточения, стражники не стеснялись учить его манерам.
— Я пожалуюсь императору, — прохрипел пленник.
— Вот как? И на что, хотелось бы мне знать?
— На то, что вы, пользуясь служебным положением, устраивали свои личные дела. Оговорили ни за что, натравили стражу…
Император удивлённо замер. Он ожидал любых обвинений, но только не этого.
— Что, думаете, я не заметил вашего интереса к той малахольной? Да все заметили. Поэтому мне не составит труда доказать императору, что вы меня оскорбили, пользуясь доверием Темнейшего.
— А вы, разумеется, вели себя достойно?
— Конечно.
— И пощёчину тоже незаслуженно получили?
— Естественно. Девушка просто неправильно меня поняла, а возможности объясниться мне не дали, — уверенно ответил лорд. Он полагал, что если даже начнётся настоящее судебное дознавательство, то ему легко удастся убедить всех в правдивости своих слов. Ведь он на самом деле ничего особенного не сделал. Ну, пару неосторожных фраз произнёс, так разве за это можно наказывать подобным образом?
— Я попросту восхищаюсь! — презрительно кривя губы, ответил император. — Если бы я на самом деле не был заинтересованным лицом в данной ситуации, то даже поверил бы.
— Увольте меня от вашего восхищения. Лучше сразу давайте оговорим сумму выплат за причинённый моей репутации ущерб. Я, так и быть, легко смогу забыть обиду за приличный откуп.
— А если я не соглашусь?
— Тогда мне придётся воспользоваться вот этим, — лорд извлёк из кармана массивный перстень.
Валеар поморщился. Он сразу узнал вещицу. Сам недавно преподнёс перстенек в награду одному из своих помощников с обещанием ответной услуги при предъявлении колечка. Мало того, в свидетелях передачи был почти весь двор. И пусть обладателем перстня сейчас являлся другой человек, суть договора оставалась прежней.
— Откуда у вас этот предмет? — сухо спросил император.
— Выменял в обмен на услугу, — победно усмехнулся лорд.
Валеар порадовался, что отложил расправу. Было бы очень неприятно нарушать своё же слово.
— Хорошо, и какова ваша цена?
— Я требую первой аудиенции у императора.
Лорд подумал, что уж император-то рассудит по справедливости и вряд ли сочтёт его поведение недостойным. А если захочет узнать из-за чего именно случился скандал, так смело можно ответить, что пощёчину он получил в ответ на предложение руки и сердца. Кто сможет опровергнуть его слова? Никто. Ведь он будет настаивать, что выбрал лишь не совсем точную формулировку предложения.
— И всё?
— Ну, и, конечно, вам придётся извиниться за нанесённое оскорбление.
— Я даю слово, перстень отдайте, — Валеар протянул руку. Теперь он понимал, каким именно образом его подарок мог очутиться в загребущих ручонках молодого, но весьма хваткого лорда.
— Лорд Улисстег, вас можно поздравить с благополучным разрешением конфликта? — старший лорд делегации тёмных с интересом посматривал на то, как побывавший в опале приводит себя в порядок, красуясь перед зеркалом.
— Естественно. Я не позволю никому бездоказательно чинить надо мной суд.
— А девушка?
— Она при всех принесёт мне свои извинения, как и наш весьма вспыльчивый начальник.
— Невероятно…