На дорогах сновали экипажи, запряжённые лошадьми, а также одинокие всадники. Изредка встречались самоходные кареты вроде нашей, украшенные позолотой. На их дверцах красовались гербы, свидетельствующие о принадлежности владельцев к высшему обществу. Я подумал, что подобное транспортное средство могли себе позволить лишь самые знатные и зажиточные жители этого удивительного города.
Я смотрел на всё это великолепие, и сердце невольно замирало от восхищения. Этот город предстал передо мной не просто местом для жизни — он был целым миром, где древние традиции и новейшие технологии слились воедино, создавая картину реальности, непостижимой для моего демонического разума. Каждый уголок, каждая деталь говорили о том, что здесь правят не только люди, но и их изобретения, ставшие неотъемлемой частью души этого места.
— Как же тут всё изменилось за каких-то жалких двести лет! — с искренним изумлением воскликнул я, не в силах оторвать взгляда от причудливого городского пейзажа.
— Вас так поразили эти механические чудовища? — с привычной насмешкой в голосе поинтересовалась Кайра Веспера. — Аэростаты, дирижабли, паромобили, монорельсы, вихролёты и грозные мехатроны... Все они стали возможны благодаря энергии бриллиантовых камней душ. За последние семьдесят восемь лет мир Земли преобразился до неузнаваемости.
— Как интересно, — пробормотал я.
— Но не обольщайтесь, Степан Игнатьевич, — продолжила она, понизив голос до заговорщицкого шёпота. — Санкт-Петербург — не просто главный город Российской Империи. Это сердце человечества, его культурная и технологическая столица. Далеко не везде на Земном Плане так же прекрасно, как здесь.
— Неужели?
— Истинно так, — подтвердила демоница, и её зелёные глаза блеснули странным светом. — Однако вы сказали про двести лет, будто помните свою земную жизнь. Это правда?
— Кое-что, — слегка смутившись, ответил я. — В последнее время меня порой посещают воспоминания. Так, малозначимые обрывки. Я бы не стал заострять на этом внимание.
— Любопытно, — протянула Кайра, но затем её глаза вспыхнули игривым блеском. — Тогда вам, вероятно, будет интересно узнать, что время в Земном Плане течёт иначе, чем в Астральном. Если конкретнее — чуть более чем в полтора раза быстрее.
— То есть? — нахмурился я. — Сударыня, вы хотите сказать, что здесь с момента моей человеческой смерти прошло уже минимум триста лет?
— Совершенно верно, — уверенно кивнула демоница. — Если точнее, около трёхсот тридцати. Но это не так важно. Век людской короток, здесь всё происходит намного быстрее и торопливее, чем на нашей дорогой родине. Кроме того, вам следует знать, что год на Земле состоит из трёхсот шестидесяти пяти дней вместо семисот, двенадцати месяцев в среднем по тридцать дней вместо семи циклов по сто. А вот неделя состоит из семи дней вместо десяти. Но самое главное, — добавила она с лёгкой театральной паузой, — Земля имеет форму шара и вращается вокруг солнца, из-за чего здесь существуют сезоны, которые поочерёдно сменяют друг друга: от жаркого лета до морозной снежной зимы. А солнце и луна восходят и заходят не по чёткому расписанию, как на Нейтрисе.
— Милостивая моя, вы же меня не обманываете, часом? — спросил я с недоверием, пытаясь осмыслить её слова.
— Ну что вы, дорогой Степан Игнатьевич, как можно? Впрочем, вы можете убедиться в этом сами. Достаточно пожить здесь какое-то время.
— Вот уж увольте, — я резко качнул головой. — Лучше поверю вам на слово. И о чём только думали Девора и Люминар, когда создавали этот безумный мир? Зачем, ради девяти глубин Бездны, делать Землю в форме шара? С противоположной стороны люди же будут падать в космос… Может, так они быстрее отдают богам свои души? В этом и заключается великий замысел? Да ещё и пустили этот шар кружиться вокруг солнца. Нет, полная бессмыслица!
— Берегитесь, любезный Степан Игнатьевич, — Кайра лукаво сощурилась, её губы тронула едва заметная усмешка. — Ибо ваши слова отдают неприкрытым кощунством.
— Я просто поражён, моя милая графиня, не более того. Но вот ещё что странно: я вижу на улицах прекрасные дворцы, роскошные дома, величественные храмы... Но ни одного, посвящённого Деворе или Люминару. Как такое возможно?
— Людям неведомо, кто их создал и для каких целей, — насмешка в голосе Кайры стала воистину зловещей. — На Земле великое множество религий, верований, течений и направлений. Но среди тысяч священных текстов нет ни одного упоминания имени лунной богини или солнечного бога.
— Но почему боги допустили такое?! — искренне возмутился я.
