— То-то и оно. Так что не видать мне главенства в доме, как монаху святости между ног портовой шлюхи. Ну да и плевать, своими подвигами я выковал в легендах себе собственное имя, уже затмившее имена моего отца и всех братьев!
— Это верно. Кого попало первым клинком Тенебриса не назовут.
— И пока мы с тобой в фаворе у богини, надо пользоваться всеми доступными благами без оглядки. Давай всё-таки со мной во дворец, братец? Ну с кем ещё мне разделить радость победы? С твоими козлорогими собратьями, которые ненавидят всех элле так, что аж кушать не могут, или с ублюдочными ликторами батюшки, которые держат меня за сумасброда, а за глаза зовут маргинальным выродком, позорящим своими выходками великий дом?
Я замешкался, пытаясь придумать правдоподобную отговорку, чтобы поскорее вернуться на корабль, но тут с улицы донеслись звуки военных горнов. Мы с Эквионом настороженно переглянулись. Нам явно не почудилось — горны звучали всё громче и призывнее.
— Ангелы, — с презрением и нескрываемой ненавистью процедил агонист, хватаясь за рукояти своих клинков. — Нас атакуют!
Мрачное небо, затянутое тяжёлыми свинцовыми тучами, прорезали десятки ослепительно ярких золотых лучей. Они рассекли воздух с пронзительным свистом и устремились к земле, будто раскалённые прутья, вонзающиеся в плоть мира. Бесы на их пути издавали жуткий предсмертный вой, прежде чем обратиться в пепел — их тела исчезали, словно пыль, сдутая с ладони. Выжившие после массированной ангельской атаки демоны, охваченные животным ужасом, бросились врассыпную, оставляя за собой следы обугленной кожи и жжёных волос. Чёрный едкий дым пополз по улицам, смешиваясь с уже витающей в воздухе гарью пожаров.
Но смертоносная магия Света подлой атаки с воздуха не коснулась элле. Пленники, узрев белоснежные крылья и золотистые доспехи небесных воинов, разразились ликующими криками. Они вскидывали вверх тяжёлые оковы, словно те внезапно стали легче перьев, и возносили к небесам свои мольбы. Хор голосов, где отчаяние сплеталось с надеждой, а боль — с верой в спасение, слился в единый гимн избавления, эхом разнёсшийся над почерневшими улицами Элладриона.
Однако далеко не все силы Тьмы поддались панике при виде безжалостных бесчинств воинов Света. По громогласному приказу гипарха с длинным кнутом гоплиты расправили свои чёрные крылья и взмыли в воздух с таким хлопаньем, что стены домов задрожали. Целая туча демонов, вооружённых длинными копьями, бросилась отражать внезапную атаку. Из их рук вырвались залпы огненных шаров. Череда всполохов озарила сумрачное небо — ангелы встретили магические снаряды на свои треугольные щиты, украшенные светящимися символами Люминара, а затем ответили на демонический натиск клинками, пылающими ослепительным синим пламенем.
Небеса разразились оглушительным лязгом металла, заглушающим боевые кличи и предсмертные крики. На землю посыпались поломанные копья, опалённые перья, отрубленные конечности и убитые демоны, которые обращались в прах ещё до того, как успевали коснуться твёрдой поверхности. Их изукрашенные рунами доспехи со звоном падали на почерневшие крыши домов, разбитые тротуары, а также залитую кровью, грязью и лужами храмовую площадь.
В отличие от войск богини Тьмы, куда набирались все способные держать в руках оружие демоны, воинство из Солариона состояло сплошь из элитных бойцов, отобранных среди самых совершенных созданий Света. Обычно ангелы передвигались когортами численностью до одной тысячи единиц и практически всегда атаковали с небес, бесчестно эксплуатируя элемент неожиданности. Зачастую их гнусной тактики вполне хватало, чтобы успешно противостоять неповоротливым легионам Тьмы, численность которых порой достигала десяти тысяч воинов разной степени обученности и полезности.
Увы, мы — смиренные служители лунной богини, хранители её священного промысла — не могли уподобиться своим низким противникам в их коварных методах. Мы веками стойко и гордо несли на своих плечах самую важную миссию во вселенной: карали тех, кто прогневил её божественное величие, распространяли её заветы по бескрайним просторам Нейтриса и укрепляли её незыблемую власть среди надменных народов центрального материка.
И в качестве скромной платы за наши непосильные труды брали лишь немного рабов и малую толику материальных богатств, которые алчные и властолюбивые элле накапливали годами. Все захваченные блага шли на поддержание величия владений Деворы Асура Анимас в суровых, промёрзлых и почти бесплодных землях Тенебриса.
