– Фыр-р-р! Подумай, Багнел. Я попала почти в точку, да? По крайней мере, насчет того, что известно тебе самому? Естественно, полностью тебя ни во что не посвящали. Ты имеешь дело со мной. Ты общаешься с силтой. Как тебе могут доверять те, кто оберегает информацию так же, как старухи-Мудрые стерегут металл в Понате? Помнишь мой так называемый великий триумф? Ты знал, что кочевники были там ни при чем? Ты знал, что на самом деле я отразила вторжение Серке и вооруженных братьев, а кочевников там было всего несколько сотен, для вида? Если ты всего это не знаешь, значит тебя использовали еще хуже, чем я подозревала.
В конце концов Марика его даже пожалела, поняв, что большую часть всего этого он слышит впервые. Его в самом деле использовали. И он не хотел в это верить, хотя вера его подверглась суровому испытанию.
– Ладно, хватит. Вот что, друг, – когда будешь докладывать управляющим – что тебе наверняка придется сделать, прежде чем осмелишься выдать преступников, которых я требую, – передай им от моего имени вот что. Я могу предъявить тринадцать сгоревших транспортов на воздушной подушке, вместе с грузом и трупами водителей и пассажиров, в любую минуту, когда у меня возникнет желание собрать делегатов от разных Сообществ.
Морда Багнела оставалась бесстрастной, но он не мог отвести взгляда от Марики.
– Тебе не обязательно мне верить, Багнел. Просто передай мои слова. Хорошее слово – «водитель». Это ведь на тайном языке братства, да? И не все в этих машинах погибли, попав в засаду.
– Что за бред ты несешь?
Марика уже не сомневалась, что Багнел ничего не знает. Он действительно был орудием в лапах управляющих. Но до него доходило столько невероятных слухов, что теперь его охватила типичная для самцов паника. Несмотря на бесстрастное выражение морды, в глазах его горел страх. Шерсть встала дыбом, голова втянулась в плечи. Марике хотелось протянуть к нему лапу, коснуться, приободрить, сказать, что его лично она ни в чем не винит. Но при свидетелях она этого сделать не могла. Любое проявление мягкости воспринялось бы как слабость теми, кто ничего о них не знал.
– Как только ты доложишь, до них сразу дойдет, Багнел. Скажи, что цена молчания – их разрыв с Серке. Скажи, что они могут передать Серке: если те хотят нас одолеть, пусть теперь действуют прямо, без посторонней помощи.
Багнел начал понимать – по крайней мере то, что хотелось Марике.
– Марика, – прошептал он, – послушай меня как друга. Не как Багнела-торговца или начальника службы безопасности этой территории. Не слишком усердствуй, иначе тебя раздавят. Я ничего не знаю о том, про что ты говорила. Но я знаю, что ты не сможешь противостоять силам, которые выступают против Рюгге. Если у тебя в самом деле есть доказательства, о которых ты заявляешь, и я об этом доложу, тебя убьют.
– Подозреваю, что они побоятся, Багнел, – прошептала она в ответ, показывая на кружащий в небе темнолет, чтобы те, кто мог их увидеть, подумали, будто она ему угрожает. – В Понате ими командовала Серке номер четыре. Сильнее кого угодно, кроме самой Бестрей. Но она мертва. А я здесь.
– Есть и другие способы убить.
Марика положила лапу на приклад винтовки:
– И мне они известны. Наши враги и дальше могут иметь свои виды насчет Рюгге, но за это они будут платить кровью. Платить, платить и платить. Мы с Градвол только вступили в борьбу.
– Марика, прошу тебя. Не слишком ли ты честолюбива для своего возраста?
– Мне хочется чего-то достичь в жизни, Багнел. Борьба с Серке меня только отвлекает, и мне хочется поскорее покончить с этой сварой. Если тебе кажется, что я уверена в победе Рюгге, знай – тебе не кажется. Выражаясь словами вашего братства, я считаю, что молот теперь у меня в лапах. Я бы предпочла, чтобы вы и ваши союзницы-силты ушли и оставили нас в покое. Я бы предпочла не сражаться. Но я готова разжечь костер войны, если они этого хотят. Можешь передать: мы, Рюгге, считаем, что нам почти нечего терять. А приобрести мы можем намного больше, чем они в состоянии представить.
– Ты всегда была упряма и не слушала советов, – вздохнул Багнел. – Я передам управляющим твои слова. Мне самому будет очень интересно, что они ответят.
– Не сомневаюсь. Пока будешь туда идти, поглядывай на темнолеты в небе. Помни, что у них есть приказ убить каждого, кто попытается покинуть территорию. Если хотите, можете их сбить. Но вряд ли даже Серке потерпят подобное.
– Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь, Марика. Очень надеюсь. Однако мне кажется, что все-таки не понимаешь. Думаю, твои обвинения ошибочны, несмотря на всю их серьезность, и основаны на неверных выводах. Мне страшно за тебя.
Марика в самом деле вела рискованную игру, назначив за защиту мятежников столь высокую цену, что у управляющих братства не оставалось иного выбора, кроме как их выдать. Успех наверняка укрепит ее положение в Сообществе.
Ее нисколько не волновало, насколько любят ее силты, пока те уважали ее и боялись.
