Фома кивнул. Он выплюнул шелуху от семечек и показал на доску:
– Ты будешь ходить или нет?
Леонид покачал головой и вынул из «базара» две костяшки.
– И почему мы этого не знали?
– Мы? Если бы ты после нашей последней встречи не мотался девять месяцев по стране, я бы раньше тебе шепнул, – ответил Фома.
А еще он давно поведал бы Леониду, что Ларины в разводе – на проходной Фома узнавал все новости. Коллеги в КМП Д сплетничали, что супруг Людмилы Петровны:
(а) командир подлодки и часто находится за полярным кругом, из-за чего стал угрюмым и мрачным и отрастил колючую бороду, а Людмила Петровна этого терпеть не может;
(б) был пилотом «Аэрофлота», пока не приземлился в Париже, где какая-то принцесса из Air France уже от него беременна;
(в) будучи лектором, стал жертвой недальновидности, и из-за этого не должны пострадать ни дети, ни карьера Лариной.
– Я тебя умоляю, кто распространяет подобные слухи? Константин Степанович работает в центре занятости в Бауманском районе, – возразил Леонид, возликовав в глубине души. Если отбросить спорные утверждения, все равно выходило, что у него есть шанс.
Автобус от ДОСААФ повез их с вокзала за город. У бывшего спиртзавода в Птичном они свернули в лес и еще полтора километра тряслись по дороге, покрытой бетонными плитами. Края плит поднимались то слева, то справа и больше всего годились для повторения состояний двустабильных опрокидывающихся элементов. Водитель свирепо поглядывал в зеркало заднего вида, не отваживаясь вытереть пот со лба. Воздух, проникавший в автобус через открытые люки, пах смолой. Мошки бились о лобовое стекло. За поворотом возникли одиноко стоящие ворота.
– Ипсилон равен единице минус икс в квадрат-половине, – предположил Павел Вельтман.
Надпись на воротах сообщала, что здесь находится молодежный тренировочный лагерь имени академика М. В. Келдыша. Летние сборы на природе спонсировались Министерством образования и Московским заводом счетно-аналитических машин, сокращенно САМ. Планировали одновременно укреплять тело и дух молодых людей, многочисленные печати официальных учреждений подтверждали готовность летнего лагеря отвечать потребностям нового времени. И вот материальный мир за пятьдесят девять недель растворился в словах. Территорию окружал неприступный забор. Когда сборов не было, сторожевой пес разрывал землю на опушке с нарисованными арифметическими таблицами. C началом каникул Дозору пришлось вернуться в конуру. Молодежную сборную РСФСР встречали в лагере как олимпийцев: из громкоговорителей, развешанных на фонарных столбах вдоль золотисто-желтых дорожек, гремела музыка Александра Александрова, причем звуки эти больше напоминали стук дятла по динамикам. Сторож отсалютовал бутербродом с маслом, прежде чем открыть шлагбаум. На территории лагеря каждый квадратный метр лесной почвы тоже оказался испещрен арифметическими таблицами, а все дорожки были аккуратно выметены. Пока главный тренер и Людмила Петровна размещали ребят по комнатам, Леонид велел помощникам-студентам перенести в главный корпус рабочие материалы.
– Гроза собирается.
– Не волнуйтесь, разгонит, – успокоил сторож. – Со стороны Воздухогорска дождя еще ни разу не приносило.
Дверные и оконные наличники покрывала изумрудно-зеленая краска, этого же цвета были стены фойе и двух боковых коридоров. Пахло щами, киселем и йодоформом; судя по всему, один коридор вел в столовую, а другой – в медкабинет. Леонид разобрался в схеме помещений. Напротив комнат тренеров находилась общая комната, где инженеры САМа установили мини-ЭВМ и несколько рабочих мест. Леонид удовлетворенно кивнул и подошел к окну. Здание в форме буквы «П» состояло из главного крыла и боковых флигелей. С внешней стороны стоял столб-грибок для афиш и объявлений, за которым желтые мощеные дорожки сливались в одну линию, уводившую в лес. За стволами Леонид разглядел поблескивающее Воздухогорское водохранилище. Пелена облаков разорвалась посредине: ожидаемая прохлада откладывалась.
Жара нашла первую жертву. К празднику экватора тренерское трио решило выполнить обещание и показать, как рассчитывается оптимальная траектория полета зонда, который благодаря семикратному гравитационному маневру должен покинуть Солнечную систему. В результате мини-ЭВМ перегрелась до такой степени, что:
× с трудом введенные команды, переменные и постоянные исчезли с экрана;
× пыль и эпоксидная смола пригорели и завоняли;
× схемные платы не подлежали восстановлению;
× с громким треском вылетел предохранитель;
× пальцы Ёкнувкина застряли в клеммном щитке, а сам он чуть не задохнулся.
Дуэту заместителей пришлось срочно реагировать, чтобы предотвратить дальнейшие поломки. Людмила Ларина увела бледного тренера и потных молодых программистов на водохранилище. Леонид заказал переговоры с Москвой. Ремонт или замену в ближайшее время, очевидно, ждать не стоит. После нескольких попыток удалось связаться с председателем комитета Спартакиады.