Евгения отмахнулась от него, как от падальной мухи.
Без восьми минут двенадцать Изотов наконец доложил о завершении работы:
– Программа модифицирована в соответствии с вашими указаниями и адаптирована к изменившимся возвращаемым значениям. Базы данных подключены.
Евгения поспешила подключить через безопасное соединение терминал на письменном столе к большой ЭВМ на Лубянке. Изотов неправильно истолковал рабочую тишину и принялся докладывать о комплексном влиянии временных параметров:
– Огромная вычислительная мощность позволяет определить приблизительные значения, но это довольно длительный процесс. Именно поэтому Пиньера ограничил моделирование по времени. Чтобы заглянуть за пределы конкурсного задания, следовало бы…
Евгения бросила на него быстрый взгляд, приказывая замолчать. Изотов вцепился пальцами, похожими на паучьи ноги, в спинку стула:
– При всем уважении, я хотел бы еще раз подчеркнуть…
– Хорошо, хорошо, Валентин Герасимович. Я отдаю себе отчет в ограниченной информативности итоговых значений. Эта погрешность никак на вас не отразится.
В отношении эффективности ЭВМ для обработки данных и программ высокой сложности Евгения уже добилась определенных результатов, но испытала и многочисленные разочарования. Да, она знала о пределах возможностей ЭВМ «Роботрон» на Лубянке и догадывалась о пределах возможностей программы Пиньеры, но все равно заявила, что сможет на основании результатов сделать полезные выводы. В системах высокой сложности, таких как национальные экономики или глобальные конфликты, которые содержали столько случайных переменных, что не представлялось возможным составить точную модель, было бы очень полезно приблизительно просчитать конкретные сценарии с вариативными параметрами. Это как в шахматном компьютере, когда анализируются различные исходные конфигурации до заранее определенного пункта. Деталями займутся специалисты в ближайшие месяцы и годы. Пока что нужно как можно быстрее передать еще необработанные прогнозы председателю КГБ генералу армии Чебрикову. С точки зрения политического влияния они вскоре смогут стать «камердинерами действия». Генерал армии Чебриков, который недавно стал полноправным членом Политбюро, сможет еще эффективнее управлять приближающимися выборами – например, в пользу Григория Васильевича Романова, сторонника «жесткой линии», который в марте вынужден был пойти на уступки, или в пользу Виктора Васильевича Гришина, который подписывает все, что ему подсунут. В настоящий момент оба секретаря ЦК считались списанными со счетов, но новый генеральный секретарь вел весьма рискованную политику, которая может вскоре пошатнуть и его позиции. Вместе с тем речь не шла об отдельных именах: Апельсиновый сок или Царский кулак, это были просто указатели на распутье. Важнее был вопрос, куда в итоге ведут все эти многочисленные пути. Чебриков обзвонил верных авгуров, а начальнице спецподразделения по экспериментальной обработке данных надлежало прояснить поле принятия решений.
Евгения запустила программу моделирования. Через несколько секунд на экране появилась простая форма для ввода данных. Приложив указательный палец к губам, Евгения просмотрела заданные значения. Под скептическим взглядом Изотова она добавила еще двойку и три нуля и нажала клавишу ввода.
– Не хотите прогуляться, Валентин Герасимович? Мне срочно нужно подышать свежим воздухом.
Легкие клубы пара поднимались над бассейном с подогревом, ветер рвал их на части над кабинками для переодевания и световыми прожекторами, унося прочь от Москвы-реки. На бортике стоял спасатель в утепленном халате. Закутанные старики уныло брели по свежему утреннему снегу. Толстой заставлял себя ждать. У Дюпона уже сморщилась кожа на ладонях, затылок замерз. Если он простудится, это обойдется в несколько очков. Он перевернулся на спину и посмотрел в небо на круживших над бассейном «Москва» ворон. Казалось, они облетают некую воображаемую точку на высоте ста метров над бассейном, будто храм Христа Спасителя не взорвали и величественный купол все еще возвышается над городом, а вокруг кружат херувимы и другие крылатые существа.
Дюпон вернулся в раздевалку, желудок урчал. Открыв шкафчик, он понял, что приходить сюда снова нет необходимости. Одежда помощника парикмахера и бордовые сапоги исчезли. Вместо этого в шкафчике лежал мешок для белья с выцветшей надписью «Химчистка». Дюпон достал оттуда рубашку и повесил на дверцу шкафчика, огляделся: после растирания красные, как раки, мальчишки вполне убедительно радовались накачанным мускулам. Помощник спасателя досрочно выполнял плановое задание, самозабвенно украшая фольгой сосенку. Сиротливо висела паутинка над трубами отопления. Успокоившись, Дюпон облачился в новую, уже не такую модную одежду, натянул поношенные сапоги. Спрятавшись в тени дверцы, он исследовал остальную часть посылки:
• несессер с инструментами, которые, если верить надписи, принадлежали гримерке киностудии «Таджикфильм» в Душанбе;