Пообжился немного, освоился и вышел на охоту. Возможно, убивая собак, он удовлетворял свою тягу к насилию, но, скорее всего, они просто ему помешали. Первые две, которых на ночь не привязывали, вероятно стали его преследовать во время самых первых вылазок, и одному богу известно, что он с ними сделал. Спарки же, будучи ограничен в передвижении, поднимал шум всякий раз, как Миллер пробирался мимо фермы Адамса. Все бы ничего, но иногда ему удавалось вытащить своего хозяина из постели. Несмотря на то, что Гарри Адамс уже не молод, в компании с ружьем он представлял серьезную угрозу.
Избавившись от всех препятствий на пути, Миллер в конце концов добрался до своей настоящей цели — Элизабет Майерс.
Оставалось понять, почему он построил свой маршрут через лес, и почему преодолевал немалое, в общем-то, расстояние пешком? Вероятно, и то и другое делалось, чтобы не привлекать лишнего внимания. Среди ночи на пустынных улицах автомобиль куда заметнее, да и шума от него много. Или же это просто часть ритуала? Настоящие «серийники» без этого не могут. Что если Миллеру жизненно необходимо прогуляться по ночному лесу, прежде чем кого-то утопить? Это объяснило бы и гибель Спарки, ведь если Миллер и дальше планировал пользоваться тем же маршрутом, пес мог ему помешать.
Следом за столь неутешительными выводами Дага посетила еще одна неприятная мысль. Что насчет новой пассии Миллера? На вид она примерно одного возраста с Элизабет Майерс. Если он действительно маньяк, эта девушка как раз его тип, а значит ей может грозить серьезная опасность. Не теряя времени, Даг накинул пиджак и прихватив со стола ключи от машины, отправился к Миллеру.
В дороге Даг размышлял над природой отношений этой странной парочки. Чем вообще такой урод, как Миллер мог привлечь красивую молодую девушку? Беден, как церковная мышь и всего три месяца назад вышел из тюрьмы — ничего не скажешь, кавалер хоть куда!
Возможно, она религиозная фанатичка или же просто романтически-восторженная особа, из тех, что пишут в тюрьмы заключенным, чтобы поддержать их и помочь встать на путь исправления. Такие с легкостью ведутся на всю лапшу, которую навешивают уголовники на благодарные уши, и по эти же самые уши в них влюбляются.
Вспоминая пропитую физиономию Миллера, Даг не мог представить себе иного способа для девушки влюбиться в него, кроме как по переписке. Возможно, Миллер отсылал ей фотографии двадцатилетней давности, Мег говорила, что в юности он был красавчиком, да еще и спортсменом в придачу — звездой школьной бейсбольной команды. Говорила, что с гордостью носила его спортивную куртку в выпускном классе.
За этими размышлениями Даг добрался до дома Миллера. Выйдя из машины он остановился перед покосившейся дверью и, инстинктивно коснувшись кобуры на поясе, позвонил в звонок. Дверь приоткрылась и на пороге появилась незнакомка из клуба. Она была в том же самом платье, только на этот раз босиком. Девушка казалась удивленной.
— Здравствуйте! Меня зовут Даг Мёрфи, я шериф этого округа. Я хотел бы поговорить с Трэвисом Миллером. Он сейчас дома?
— Здравствуйте, шериф! Я Миа Томас, приятно познакомиться!
Девушка протянула свою маленькую ручку и Даг осторожно ее пожал. Без макияжа, при дневном свете она выглядела совсем еще ребенком.
— Трэвис в гараже, возится со своей машиной, вы пока присядьте на веранде, а я его позову, хорошо?
Даг согласился.
— Принести вам лимонад?
— Благодарю, ничего не нужно. — Даг даже мысли не допускал, о том чтобы пить что-то в доме Миллера.
Девушка бесшумно упорхнула с веранды, а Даг, усевшись в плетеное кресло, погрузился в напряженное ожидание.
Спустя несколько минут Миллер вышел на веранду, Миа Томас следовала за ним со стаканом лимонада.
— Здравствуйте шериф, какими судьбами? — он протянул Дагу руку, но тот не стал ее пожимать. Возникла неловкая пауза, после которой Миллер машинально отер ладонь о штанину и уселся в кресло рядом с Дагом. Отодвинув пепельницу, с горкой наполненную окурками, Миа Томас поставила напиток на маленький плетеный столик и примостилась на подлокотник рядом с Миллером.
— Давайте сразу к делу — начал Даг — мистер Миллер, что вы делали шестого июля с девяти вечера до двенадцати часов?
Миллер поскреб затылок:
— Эгей, ну вы даете, шериф! Это ж месяц назад было, так сразу и не вспомнишь. Хотя… Погодите, шестого июля «Миннесотские братья» выиграли у «Зеленых носков» со счетом пять — два! Конечно я помню тот вечер…
Внезапно, маленькие бегающие глазки Миллера застыли в недоумении и он недоверчиво спросил:
— А не в ту ли ночь выловили из реки труп девчонки Майерс? Вы поэтому спрашиваете?
— Так вы и это помните? — удивился шериф. — А еще на память жаловались!
Передернув плечами, Миллер ответил:
