— Ну, да! С кем бы я на следующей день ни пытался обсудить тот матч, все начинали мне втирать про эту Майерс. Толком и не отпраздновал из-за нее, весь город как с ума сошел! Все только о ней и говорили, да о ее толстожопой мамаше! Даже по телеку на местном канале ее показали, и как только эта жируха в кадр уместилась! — Миллер ухмыльнулся, обнажив свои желтые зубы, и кулаки Дага судорожно сжались. Как же ему хотелось выбить из этого урода все дерьмо!
— Было б из-за чего шум поднимать! Вот ведь, лет пять тому назад, мой приятель Кэхилл напился в хлам и полез в реку купаться, ну и короче того… утонул! Тело только через три дня нашли, и хоть бы кто словом обмолвился, не то что по телеку показывать! — поведав печальную историю своего приятеля, Миллер отпил лимонад из стакана и возмущенно покачал головой.
— Элизабет Майерс не утонула, ее утопили. — сухо отозвался Даг. — Поэтому я еще раз вас спрашиваю, что вы делали шестого июля с двадцати одного ноль ноль до полуночи?
— А я отвечаю, что смотрел бейсбольный матч. Начался он как раз в девять и длился около трех часов.
— Кто-то может это подтвердить?
Миллер открыл было рот, собираясь ответить, но в разговор вмешалась его подружка:
— Я могу! Мы вместе смотрели его дома!
Миллер украдкой глянул на девушку, затем снова повернулся к шерифу. Дагу это не понравилось, тут попахивало сговором.
— У вас еще будут вопросы, шериф? — спросил Миллер с плохо скрываемым раздражением. — У меня и без того дел по горло, не хватало еще покойниц полдня обсуждать.
Даг, конечно, мог еще помучить Миллера расспросами, в надежде поймать того на лжи, но ему почему-то казалось, что надавить следовало на Мию Томас.
— Нет, похоже мы с вами все выяснили, мистер Миллер. Вы можете возвращаться к своим делам.
Дождавшись, когда тот встанет со своего кресла, Даг произнес:
— Однако, я хотел бы поговорить с мисс Томас. Я не отниму у вас много времени. — добавил он обращаясь к девушке.
Миллер собрался вернуться на свое место, но Даг, покачав головой, возразил:
— Мистер Миллер, вы кажется очень спешили, и я, по правде сказать, не вижу никакого смысла вас задерживать. Я лишь задам мисс Томас пару вопросов, также как и вам.
Меньше всего Дагу хотелось, чтобы Миллер каким-то образом воздействовал на девушку. Возможно она его боится, и в таком случае, разбив эту парочку, он сможет получить более правдивые показания.
Миллер бросил на Дага сердитый взгляд и обратился к Мие:
— Я буду в гараже! А ты смотри тут не рассиживайся, тебе еще обед готовить, с утра ничего не жрал.
С этими словами он скрылся в доме, а девушка села в его кресло.
— Мисс Томас…
— Пожалуйста, зовите меня Миа.
— Как вам будет угодно. Итак, Миа, это правда, то что вы только что мне сказали, вы действительно смотрели тот матч вместе?
— Да, конечно!
— И Миллер никуда не отлучался во время просмотра?
Девушка ответила, пожав плечами:
— Разве что в туалет, но едва ли это длилось больше пары минут.
— Вы ведь знаете о последствиях за дачу ложных показаний?
— Конечно, но я ведь говорю правду. — Она смотрела на Дага своими большими темными глазами, и взгляд их был по-детски доверчивым и открытым.
— Поймите Миа, если вы таким образом защищаете своего друга, то лишь оказываете ему и себе медвежью услугу.
— Жаль, если вы мне не верите, шериф, но мне правда больше нечего добавить.
Девушка обиженно опустила глаза и принялась сосредоточенно теребить ажурный подол своего платья.
Воцарилось напряженное молчание. Даг сомневался, стоит ли начинать такого рода разговор, но беспокойство за судьбу девушки одержало верх, поэтому он спросил:
— Вы же в курсе, что вашего парня три месяца назад выпустили из тюрьмы?
Миа кивнула, не поднимая глаз.
— А знаете ли вы, за что он сидел?
Пушистые ресницы девушки едва заметно дрогнули и она снова кивнула.
— И все-таки, на всякий случай, давайте сверим наши данные:
Миллер пришел в дом своей бывшей жены и жестоко избил ее. Настолько жестоко, что у нее теперь инвалидность. Настолько жестоко, что его осудили на четыре года. Вы действительно об этом знаете и все равно живете с ним?
Миа прикрыла веки и из-под пышных ресниц показалась слеза. Она быстро скатилась по щеке и упала на обнаженное колено девушки.
— Простите, если я вас расстроил, но вы правда уверенны, что хотите быть с таким человеком? Зачем вам это? Если честно, у меня это просто в голове не укладывается.
Миа подняла на шерифа влажные глаза и пылко заговорила:
— Да, Трэв не простой человек, он может быть и грубым и жестоким — это все есть в нем. И то, что он сделал с вашей девушкой… да, я знаю, что вы встречались с его бывшей женой, так вот, то что он с ней сделал — это страшно! Но дело в том, что… в этом виноват алкоголь, понимаете? Трэв не контролировал себя! Он ведь даже не помнит тот день! Совсем не помнит! Алкоголизм это страшная болезнь, и у Трэвиса практически не было шанса пойти по другому пути. Знаете ли Вы, что его отец тоже пил?
Даг кивнул.
— А о том, что он бил мать Трэвиса и его самого?
