Мак недовольно проворчал в ответ. С его приплюснутого, жабьего лица почти никогда не сходила мерзкая гримаса отвращения, но сейчас он был разочарован сильнее обычного. Наверное, ждал, что она бросится к нему со слезными мольбами. Дороти не собиралась доставлять ему такого удовольствия и тихо злорадствовала.
– Донован! – проревел Мак. – Мешок.
Когда Донован наконец заговорил, голос у него был глухой:
– Сэр, что дальше?
– Пусть пока там лежит, – сказал Мак. – Поверь, принцесса, мне не терпится применить то, что лежит в мешке, – добавил он, повернувшись к Дороти. Толстые губы опять изогнулись в кривой усмешке. – Просто с трудом сдерживаюсь, если честно, но я подумал, что надо поступить как джентльмен и дать тебе шанс сознаться. – Он выдержал паузу, сощурился, а потом продолжил: – Ничего не хочешь сказать остальным?
– Сознаться? – переспросила Дороти, с трудом сохраняя невинное выражение. Должно быть, речь об экзотическом веществе. Наверное, пилот вернулся, обнаружив, что его нет в кабине.
Больше Дороти никто не держал, и она, с трудом поднявшись на ноги, села на самый краешек кровати с таким спокойствием, будто впереди ее ждал самое большее неприятный разговор. Боковым зрением она видела мешок, но запретила себе его разглядывать – не хотелось лишний раз радовать Мака.
Но в голове все равно роились догадки о том, что же может лежать внутри. Может, какое- нибудь диковинное орудие пыток? Или…
Нет, наверняка ей предстоят именно пытки. В горле вдруг пересохло.
Девушка посмотрела на Мака и произнесла:
– Понятия не имею, о чем ты толкуешь. Я по вам всем соскучилась – вот и решила вернуться. В этом все дело.
– Фокс, я же не идиот, – парировал Мак.
– Конечно, нет, – подтвердила она без особой уверенности, заскользив взглядом по комнате. Донован и Элиза стояли на страже у двери, а за ней было еще два охранника – это Дороти помнила. Выбраться отсюда можно было лишь через окно. По опыту она знала, что это вполне возможно. Но не слишком-то приятно.
Дороти снова посмотрела на Мака и произнесла с натянутой улыбкой:
– Боюсь, я все равно не понимаю, о чем ты.
Мак изучающее посмотрел на нее, шевеля губами, точно животное, пережевывающее травинку. Потом сплюнул прямо на пол.
– Ты и впрямь думаешь, будто я не понял, что вы двое – сообщники?
Но на этот раз голос молчал. Ей ведь удавалось целый год скрывать свою личность. Уж наверняка и Эш сумел провернуть такое, пускай и на несколько минут.
Она рефлекторно подалась вперед, точно можно было вытянуть из Мака ответы одной лишь физической силой. Ей большого труда стоило говорить как ни в чем не бывало.
– И кто же, по-твоему, мой напарник?
– Парнишка, который стибрил мою машину времени, – Мак схватился за спинку стула, стоявшего у стола в углу, и оттащил его в центр комнаты. Потом сел и уперся локтями себе в колени. – Вы же с ним заодно, а?
Дороти выдержала паузу и медленно обвела кончиком языка зубы. Если так разобраться, логично предположить, что тем парнем и впрямь был Эш. На свете не так-то много других кандидатов на роль пилота машины времени. Роман погиб, а она… ее заперли в номере отеля. Кто остается?
Уиллис тоже умеет летать. Она это своими глазами видела на базе Форт Хантер. Вот только Уиллис немножко крупнее того парнишки, о котором идет речь.
Дороти сглотнула и невинно поинтересовалась:
– А что, кто-то у тебя машину времени украл?
Мак фыркнул.
– За тоном следи, а то не поздоровится.
Дороти понимала: это прямая угроза (мешок на кровати все еще оставался в поле ее зрения), но все же не сумела сдержать улыбки.
– Боюсь, ничем тебе помочь не могу. Мои соболезнования.
Лицо Мака омрачилось. Он сглотнул и процедил:
– Обыскать ее.
Такого шанса Элиза упускать не стала. Она тут же пересекла комнату парой широких шагов и заскользила руками по плащу Дороти, проверяя карманы.
– А что это у нас тут такое, а, Лисичка? – спросила она, а потом разжала пальцы. На ладони у нее лежало несколько бумажных страничек, сложенных вчетверо.