Эш уставился на свои руки. Он не знал, что сказать. Теперь пазл сложился, но до чего же больно было осознавать, что они давно могли бы отыскать Профессора, если бы только приложили больше старания, если бы поверили, что он еще жив.
Эш закрыл глаза, и ему вспомнилась крыша «Форт Хантера», отчаяние в глазах Зоры, узнавшей, что ее отца тут нет. Его замутило.
– Я… думал, что вы погибли, – признался он дрогнувшим голосом. – И Зора так думала. Мы все.
Профессор снова поправил очки. В глазах за стеклами мелькнула боль. Эш ожидал, что он спросит о дочери, но Профессор сказал другое:
– Я не хотел причинять вам столько страданий. – Губы тронула печальная улыбка. – Хочешь верь, хочешь нет, но я хотел их предотвратить.
Эш понимающе кивнул. Он
Профессор достал из кармана маленький, серебристый пистолет. Выглядел он странновато, точно смастерили его из запчастей от его корабля, но Профессор держал вещицу так, будто на ладони у него лежало настоящее сокровище.
– Людям куда проще перемещаться во времени, чем громоздким кораблям. Надо только ввести в организм немного ЭВ – как раз для этого и нужен этот пистолет.
Профессор повернул свое изобретение, и Эш увидел, что внутри у него, в маленькой стеклянной капсуле, поблескивает немного экзотического вещества.
– И что, правда рабочий метод? – недоверчиво спросил Эш.
– Благодаря ему я сюда и попал, – напомнил Профессор. – Как видишь, цел и невредим, и даже рога на голове не выросли.
Эш потер затылок. Ему стало тревожно. А все из-за нескольких крупиц экзотического вещества, упрятанных в профессорский пистолет, из-за осознания, что в таком крошечном устройстве можно спрятать столь мощную силу. И ведь теперь кто угодно сможет до нее добраться!
Он облизнул губы и осторожно произнес:
– Если эта вещь попадет в руки такому человеку как Мак Мерфи, неизвестно, что…
Неподалеку что-то скрипнуло – это открылась дверь в комнату. Эш осекся и поднял глаза.
На пороге стояли Дороти с матушкой. Сложно было понять, давно ли они вот так стоят. Может, они слышали весь разговор.
– Если вы не слишком заняты, – начала Дороти, – разрешите поделиться с вами планом.
Нет лучшего места, чем родной дом.
Дороти и Эш стояли на пристани и смотрели на залив. Ночь была тихой, и спокойные воды тревожили только лодки, которые кружили вдалеке у анила. Дороти считала круги на воде, захлестывавшей причал.
– Они думают, что мы вернемся по анилу, – проговорил Эш, откинув с лица мокрые пряди. Обошлось без дождя, но воздух был влажный и тяжелый. Ткань плаща липла к шее Дороти, а волосы – к щекам и лбу. Ее била дрожь.
– Видимо, так, – согласилась она. На деле анил им вообще не понадобился. Новая технология, изобретенная Профессором, позволила им появиться на безопасном расстоянии от «Фейрмонта» – на старом причале, которым, как знала Дороти, пользовались нечасто. Отсюда они хорошо видели, что происходит у анила и в отеле, а их самих заметить было невозможно.
Но долго отсиживаться в стороне было нельзя. План состоял в другом.
Эш осторожно коснулся раны под ребрами и поморщился, и Дороти охватили сомнения. Все же ему тут не место. Он еще не успел оправиться, надо было дать ему больше времени на выздоровление. Все же в 1913-м этого сокровища – времени – у них было вдосталь.
Но Эш настоял на том, что выдвигаться надо не откладывая. Прятаться в прошлом ему не хотелось.
– Что угодно может случиться, пока мы тут сидим, – сказал он Дороти. А потом добавил, кивнув на Профессора: – Взгляни на него!
Замечание было справедливым. Профессор провел в 1980-м всего один день, а когда вернулся, застал город практически в руинах. Поэтому Дороти согласилась не откладывать возвращение в долгий ящик.
– Давай уже покончим со всем этим, – сказала она и перевела взгляд на Фигляров. Сердце тревожно застучало в груди. – Пойдем.
Эш кивнул, поднял руки над головой, и они вдвоем вышли из тени.
Ночь выдалась туманной, поэтому они толком не разглядели, сколько Фигляров собралось у пристани перед старым отелем. Дороти различила призрачные огоньки в окнах и силуэты людей, но ничего больше.
На подходе она затаила дыхание. Их ждала самая опасная часть плана. Сейчас они просто сдадутся циркачам, и если те откроют по ним огонь, все мгновенно закончится, не успев начаться.
