– Проклятье! – выдохнул Гаррон, торопливо соскочив на землю и крикнув вознице остановиться. Он едва успел подбежать и вытянуть руки, в самый последний момент подхватил опасно накренившегося над землей Белика и затащил обратно. Урантар мертвой хваткой вцепился в племянника с другой стороны, обхватил поперек груди и с силой сдавил, стараясь удержать бьющееся в беспамятстве тело подальше от опасно близкого края. Потом к нему подоспели Весельчак с Арканом, здоровяк Молот, все вместе дружно вцепились, но даже так, впятером, напрягая жилы, им с трудом удавалось удерживать пацана на одном месте. Тот, как безумный, все рвался куда-то прочь, заставляя не самых слабых в отряде мужчин выкладываться до упора, глухо стонал сквозь намертво сомкнутые зубы и неистово бился. Откуда только силы взялись?! Но в мальчишку словно демон вселился, мгновенно превратив его гибкое тело в туго сжатую пружину, наделенную огромной мощью, и воинам пришлось здорово постараться, чтобы не ударить в грязь лицом и уберечь его от падения.
– Карраш! – внезапно гаркнул седовласый, с немалым трудом справляясь с хрупким подростком. – Тащи сюда железки! Живо, пока Белик не порвал связки!
Гаррон не успел подумать, при чем тут какие-то железки и как это может помочь, но умный гаррканец уже сорвал со спины драгоценный сверток, который так чутко стерег, и буквально бросил на повозку, прямо под руки Стражу. Там что-то глухо звякнуло, подозрительно щелкнуло и на мгновение сверкнуло нехорошей зеленью, но Дядько не обратил внимания – цапнул, не глядя, и властно вложил необычный оберег в руки племянника.
Мальчишка вздрогнул всем телом и внезапно застыл, будто его поразила молния. Разом прекратил биться, как по волшебству, а затем недвижимой колодой рухнул на бок, скорчился на дне разворошенной повозки, свернулся клубком вокруг своей дурной палки и так замер, тяжело дыша и стиснув ее до побелевшей кожи на костяшках.
– Уф, – пробормотал Дядько, украдкой вытирая лоб и очень осторожно отнимая руки. Но Белик больше не шевелился – лежал, подтянув под себя ноги, и странно притих. – Надо же, сработало.
– А что? Могло не сработать? – прерывисто поинтересовался Гаррон.
– Могло. У этой Торковой штуковины свой взгляд на такие вещи, но на этот раз обошлось – какое-то время она его удержит.
– Да? А что это за штуковина, если не секрет?
– Проклятие, – недовольно буркнул Страж. – Самое что ни на есть, только избавиться от него никак не получается. Да не лапай, дурень! Она даже через ткань так может шарахнуть, что потом три дня пластом лежать придется!
– Откуда знаешь?
Дядько неприятно передернул плечами.
– Сам однажды сдуру взялся, так до сих пор вспоминаю с дрожью. Хорошо хоть, недолго держал, а то ходить бы мне всю жизнь одноруким.
– Да? А чего оно сейчас не сработало? – подозрительно посмотрел рыжий.
– Почему же не сработало? – седовласый криво усмехнулся и с готовностью показал покрасневшие, сожженные до волдырей ладони. – Еще как сработало, только я вовремя пальцы убрал, иначе спалило бы до костей. В тот раз так бы и вышло, если бы меня Траш не ударила, а сейчас я специально время выгадывал. Вот и обошлось. Только жжется, зараза.
Воины ошарашено переглянулись, опасливо отодвигаясь от бортика, но потом разглядели магическую штуковину в руках у внезапно угомонившегося пацана, и дружно охнули:
– А как же Белик?!
– Никак. Эта дрянь ему досталась от одного уб… гм… короче, в наследство. Вернее, в качестве компенсации за… тьфу! В общем, ее только кровные родственники могут спокойно носить, но я к ним, к сожалению, не отношусь. Потому малышу ничего не грозит, а вот нам с вами к ней лучше не притрагиваться. Ясно? И остальным скажите, чтобы не лезли!
Страж с тревогой всмотрелся в слегка порозовевшее лицо племянника, зачем-то погладил ему живот, затем посмотрел на сухую и абсолютно чистую ладонь и, наконец, перевел дух.
– Кажется, порядок.
– Ему лучше? – с робкой надеждой прошептала Илима, испуганно подняв полные влаги глаза.
– Нет. Но судорог больше не будет. Едем дальше!
– Не стоит, – хмуро отозвался Гаррон. – Все равно скоро стемнеет, да и речка недалеко: найдем только пологий спуск и сразу встанем. Незачем испытывать судьбу и трястись по дороге ради того, чтобы проехать лишний поворот. Никого из нас это не спасет. Тем более, малец совсем плох, так что пусть передохнет чуток, а мы завтра наверстаем, если конечно… все обойдется.
