Я настолько охренел от такого известия, что даже забыл про своё плохое самочувствие. Посидев в прострации пару минут, продолжил читать об этом исчадье ада, о себе, то есть. Размытая фотография, на которой вокруг страдающего Эдуарда столпились наёмники, была помещена в конце этого абзаца. Понять, кто именно на этой фотографии был запечатлён, не представлялось возможным, только силуэты, по которым можно было сказать одно — эти парни имели армейскую выправку.
А потом появился кит. Вот тут фантазия у авторов зашкалила, и они плавно от моего злостного замысла о невинно убиенном и скормленном киту госте перешли к заговору против… меня!
Оказывается, кит появился там всё-таки не случайно, его освободили ярые защитники природы из закрытого зоопарка, где несчастное животное подвергалось немыслимым угнетениям и страдало от ожирения.
Кита выпустили в Чёрное море, и ни у одного защитника природы нигде не кольнуло, что киты хоть и живут в морях, но предпочитают северные моря, а ещё лучше — океаны.
Так как кит не мог жить в дикой природе, некоторые предприимчивые люди начали использовать несчастное животное в качестве оружия для устранения конкурентов.
В общем, кита наняли за ведро мойвы, чтобы он убил именно меня, возможно, вместе с моими гостями, и всё впоследствии списалось на несчастный случай.
Но белоснежный волк, любимец Наумова, спас несчастного Дмитрия от убиения китом, отогнал огромное животное и доволок парня на себе до берега. Он спас Наумову жизнь, ведь преданность волков и собак ничем нельзя разрушить, и в таких делах на них можно положиться, не то что на людей!
Весь этот бред про воинственного волка был подкреплён малюсенькой фотографией, на которой различалась только накренившаяся яхта и маленькое белое пятно, находившееся в воде рядом с практически затонувшим судном.
И под конец была представлена фотография более высокого качества, чем все предыдущие. На этой фотографии я целовал Лену. Моё лицо было видно наполовину, и узнать меня смог бы только тот, кто хорошо меня знал. Лица Лены не было видно вообще. Подпись под фотографией гласила:
'
— Они угадали только одно: Ванда действительно у нас ветреная девочка, — пробормотал я, скомкав в кулаке газету. Упав на кровать, закрыл глаза, чтобы тут же вскочить. — Откуда у них эта фотография? Мы были в поместье, которое защищено от всего на свете. Сюда не могли проникнуть папарацци. Откуда у них это фото?
Я, путаясь в штанинах, натянул джинсы зачем-то поверх пижамных штанов и бросился из комнаты, прихватив с собой газету. Надевать рубашку у меня не было ни времени, ни желания. Ворвавшись в столовую, где в это время завтракали Иван и Эдуард, я бросил газету между ними.
— Откуда у них последнее фото⁈ — заорал я, падая на соседний с Ваней стул.
— Это всё, что тебя волнует? — иронично спросил Эдуард, разглядывая статью.
— Во всей этой статье написана настолько откровенная чушь, что найдётся совсем немного идиотов, которые в неё поверят…
— Ошибаешься, — прервал меня Рокотов. — Ты и представить себе не можешь, насколько сильно многие люди верят в подобные статьи. Они немного ошиблись с заголовком. Нужно было написать: «Личная жизнь Дмитрия Наумова! Почему спустя длительное время он появился на публике с китом?» И всё, тираж раскупили бы моментально.
— Может, хватит надо мной издеваться? — взвился я.
— Почему нет? — сделал глоток чая Эд и иронично посмотрел на меня. — Ты же не чувствуешь вины за то, что превратил и мой, в том числе праздник, в небольшой ад.
— Я же не знал, что ты настолько странный. И я уже попросил прощение.
— Предложив мне ириску?
— Барбариску, — огрызнулся я.
Эдуард только хмыкнул в ответ и, взяв в руки газету, пробежал глазами статью, после чего произнёс:
— Видно, что статья немного сыроватая, писалась как срочная новость. И всё равно люди будут обсуждать её ещё долгое время, и заметь, каждый найдёт в ней то, что хочет найти. Надо будет обговорить всё это с Гомельским. Не хотелось бы, чтобы кит-убийца привёл к нежелательным экономическим последствиям. Хотя само появление Наумова на публике, а также доказательства того, что ничто человеческое ему не чуждо, должно хорошо отразиться на стоимости акций.
— Но это же бред, — пробормотал я и уткнулся головой в стол.
