– Дорогая, это очень неудачная шутка в очень неудачный момент. Дай сюда, болван! – Таэлнас выхватил у Эрегинда флягу и спешно спрятал. – Змеиный сын, я не для того платил за настойку целых два тавриута, чтобы ты плевался ей во все стороны!
– Ого! Да разве это пойло стоит таких денег? – Брови Эрегинда скакнули на лоб, а глаза выпучились, как у лягушки.
– Ошибаешься, Эрги. – Наинлит стояла с закрытыми глазами, скрестив руки на груди.
– Просто признайтесь, что не можете преодолеть страх одной лишь силой воли.
– Возможно, ты прав. Далеко не каждый умеет медитировать. – Нали полностью пришла в себя. – Никакой магии, просто на душе стало светло, тепло и уютно.
– А также прояснилось сознание и обострились чувства. – Добавил Тэлс.
– Надо подумать о месте для ночлега.
Эрегинд осматривал густое переплетение ветвей над головой, а затем резким движением освободился от лямок заплечного мешка, из которого извлёк бронзовый жезл с затянутым в чехол навершием.
– Доставайте метки. – Скомандовал он и снял чехол с навершия.
Пространство на десять шагов вокруг озарил мягкий золотистый свет, исходящий от полупрозрачного медово-жёлтого янтарина, венчавшего жезл.
– Готово? – Лидер отряда достал охотничий нож.
– Да. – Хором ответили друзья.
Эрегинд задумчиво кивнул и осмотрелся.
–
Его кора была бороздчатой, серо-пепельного цвета, густо заросшей мхом и лишайником, могучая куполовидная крона напоминала полог огромного шатра, болотно-зелёные листья имели зазубренно-пальчатые края, как у каштана или клёна, но темнее по цвету, с более плотной и жилистой поверхностью.
Следопыт обошёл вокруг ствола. С обратной стороны кора была практически чистой.
–
Эрегинд прикинул расположение сторон света, затем подошёл к следующему дереву.
Оно было не таким высоким и раскидистым, кора была чешуйчатой и увитой странным багряно-лиловым плющом, вместо листьев была хвоя, но очень необычного вида: сизовато-зелёные иголки были очень длинными, клиновидными и казались очень острыми, расположенными на ветви спирально, пушистыми веерообразными пучками.
Эрегинд поморщился: за всю свою жизнь он не видел ничего подобного. Для опытного лесного путешественника, вдоль и поперёк исходившего окрестные чащи, это было невероятным, ошеломляющим открытием.
Он поднял жезл с янтарином над головой, чтобы усилить освещение. Впереди, на расстоянии примерно тридцати шагов, между деревьями виднелся одинокий менгир – вертикально стоящая каменная стела.
– Нам туда. – Эрегинд указал жезлом на камень и направился к нему.
Достигнув цели, юноша внимательно осмотрел мегалит. По расположению мха, который густо покрывал его обратную сторону, эльф заново уточнил расположение сторон света.
Затем Эрегинд оставил крестовидную зарубку на ближайшем дереве. Шедший следом Таэлнас вбил в неё метку в виде короткого толстого гвоздя с широкой шляпкой и шестигранным отверстием посередине, в которое установил металический шип, вправленный в основание маленького матово-белого кристалла. От самоцвета исходило слегка мерцающее белёсое сияние, подобное звёздному свету или искрящемуся на солнце снегу.
Эрегинд уверенно вёл друзей вперёд, надеясь около полуночи достигнуть обширной опушки в самом сердце леса и заночевать там. Согласно легендам, здесь находились загадочные мегалитические развалины, возведённые ещё в доисторическую эпоху, когда Лландионом правили демоны и драконы.
Ровно через каждые сто шагов Эрегинд оставлял зарубки на стволах, следующий вторым Таэлнас устанавливал на них метки-кристаллы, а замыкавшая процессию Наинлит, с заряженным луком наготове, выступала в роли боевого охранения. Её старинный охотничий лук, орнаментированный затейливой золотисто-зелёной растительной резьбой, как утверждала семейная легенда рода Аэрдонне, был зачарован искусным друидом, и оттого всегда бил без промаха.
Экспедиция развивалась под аккомпанемент частых шорохов неопределенного происхождения, шелеста полёта охотящихся летучих мышей, уханья сов и пронзительного стрекотания козодоя.
Внезапно, где-то вдали послышался протяжный волчий вой. Все одновременно остановились. Наинлит подняла лук со стрелой и натянула тетиву.
– В чём дело? Никогда не бывали на волчьей охоте? – Презрительно процедил Эрегинд. При этом его ладони, движимые боевым инстинктом, неосознанно сомкнулись на эфесах клинков.
– А если это волколак или, того хуже, оборотень? – Мрачным торжественным голосом, будто собираясь рассказывать у костра страшную историю, предположила Нали.
– Солнышко моё ясное, какая же ты у меня всё-таки неисправимая фантазёрка! – Сладким голоском умилительно проворковал Тэлс, нежно посмотрев на возлюбленную.
