Увы, поднявшись по узкой лестнице, мы обнаружили, что на двери висит внушительных размеров замок. Обратившись к адвокату, занимавшему соседнее помещение, мы узнали лишь, что брат Билкнэп куда-то ушел еще утром. Сосед явно предпочитал не вмешиваться в его дела.
Разочарованные, мы отправились в мою собственную контору. В соседней комнате я застал Годфри, который вместе со Скелли просматривал какие-то документы. На лице его мелькнуло откровенное удивление, когда он увидел меня в обществе Барака и Лемана. Оставив их в своей конторе, я зашел к Годфри.
— С работой, которую вы мне доверили, все в порядке, — сообщил он. — Но боюсь, вы лишились еще одного дела. Относительно продажи дома в Голдхарборе.
— Господи боже, только этого не хватало! — горестно воскликнул я, взъерошив волосы. — Сплошные неприятности!
Годфри устремил на меня задумчивый взгляд.
— Вам следует самому разобраться, что за всем этим стоит, Мэтью. У меня создается впечатление, что кто-то пытается вам навредить.
— Возможно, вы правы. Но сейчас у меня совершенно нет времени. И до следующего четверга я вряд ли сумею выкроить хоть час.
— А в четверг вы освободитесь?
— Да, — кивнул я с косой ухмылкой. — Так или иначе, но освобожусь.
Я заметил, что у Годфри утомленный вид, и ощутил укол совести.
— Я вижу, что слишком загрузил вас собственными делами, Годфри.
— Нет, что вы. Я и правда расстроен, но лишь потому, что сегодня утром получил скверную новость. За оскорбление герцога меня обязали выплатить штраф размером в десять фунтов.
— О, это чрезвычайно высокий штраф. Мне очень жаль.
Годфри вновь внимательно посмотрел на меня.
— Думаю, мне придется воспользоваться вашим предложением и одолжить у вас денег. Хотя если в корпорации станет известно, что вы меня поддерживаете, это не пойдет вам на пользу.
— Об этом я совершенно не беспокоюсь, — возразил я, протестующе вскинув руку. — Я готов предоставить вам необходимую сумму.
Годфри наклонился и сжал мою руку.
— Благодарю вас.
— Дайте мне знать, когда вам понадобятся деньги. В его взгляде мелькнуло нескрываемое облегчение.
— Вы знаете, несмотря ни на что, я все равно ничуть не жалею о случившемся, — произнес он. — Надеюсь лишь, что деньги, которые с меня взыщут, пойдут на благие цели.
— Я тоже на это надеюсь.
— А как продвигается расследование по делу Уэнтвортов?
— Медленно, — пожал я плечами. — Намного медленнее, чем мне того хотелось бы. Послушайте, Годфри, я пришел, чтобы поговорить с Билкнэпом, однако не застал его в конторе. Вы не могли бы зайти к нему, когда он появится, и сказать, что мне необходимо срочно с ним увидеться? Скажите, что разговор касается важного дела, которое мы уже обсуждали. И что заставлять меня ждать не в его интересах.
— Хорошо, я непременно к нему зайду. — Годфри с любопытством взглянул на меня. — Вы ведете еще какое-то дело, помимо дела Уэнтвортов?
— Да, — кратко ответил я.
— У вас довольно необычные помощники, — заметил он, кивнув в сторону двери.
— Да, это простые люди, далекие от судейского мира. Кстати, мне пора к ним вернуться. Чертов Билкнэп! Пока мы теряем здесь время, он наверняка проворачивает в Сити свои грязные махинации. У этого пройдохи такая скверная репутация, что адвокат, занимающий соседнюю контору, даже не пожелал передать ему записку.
— Брат Билкнэп — раб мамоны: он поклоняется лишь деньгам, — изрек Годфри.
— Точно так же, как и добрая половина жителей Лондона.
Я вернулся в свою контору. Леман сидел у окна, с интересом наблюдая за проходящими через двор законниками. Скелли объяснял Бараку, как снимаются копии с документов, причем последний слушал его с неподдельным интересом.
— Идемте, джентльмены, — распорядился я. — Годфри даст нам знать, когда появится Билкнэп.
— Я должен вернуться в лавку, — заявил Леман. Я не стал возражать, ибо понимал, что держать его целый день около себя невозможно. К тому же лавка Лемана находилась неподалеку от моего дома, и в случае необходимости я всегда мог послать за ним Саймона.
Так что домой я вернулся лишь в обществе Барака.
— Вы заставляете беднягу Скелли работать на износ, — заметил Барак по пути. — Он сказал, что сидит над бумагами с семи часов утра.
— Никто не виноват, что он так медленно работает, — отрезал я. — Он два часа корпит над документом, с которым большинство переписчиков справились бы за час. Вы не знаете, что это такое — нанимать служащих. Можете поверить мне на слово, это очень нелегко.
— Думаю, наемным служащим тоже приходится нелегко, — заявил Барак.
На это замечание я не счел нужным отвечать.
— Знаете, о чем я все время думаю, — задумчиво произнес Барак. Если какой-нибудь бедолага украдет мешок яблок стоимостью больше шиллинга, его вздернут на виселицу в Тайборне.
— Таков закон.
— Однако многие люди позволяют себе годами не платить долгов, так ведь? Взять хотя бы этого каналью Билкнэпа. А сейчас я наблюдал, как Скелли переписывает акт о взыскании долгов. Там говорилось, что должник «виновен в злостном мошенничестве и выманил деньги при помощи обмана».
