Фрейя все еще не знала, что делать с Кэти Марвик. Женщина явно что-то скрывала о вечеринке в Харрее, казалось, она не хотела сообщать об этом даже полиции. К вечеру ее уже должны были повторно допросить. Фрейя задумалась о том, как выведать у нее подробности и стоит ли обратиться за помощью к Фергюсу. Ее по-прежнему занимали и Лиам с Джейсоном Миллером; замешаны ли они в чем-то, и, если так, почему тогда Джейсон спорил с Олой, а не с Лиамом? И куда так стремилась уехать Ола после ссоры с ним?
– Я что, так никогда и не увижу северное сияние, да?
Голос Тома прервал ее размышления. Он стоял всего в нескольких шагах от нее, но выключил фонарик, и Фрейя едва могла разглядеть его в безлунной тьме. Она различила лишь его силуэт и лицо, обращенное вверх, к пустому небу, где облака скрывали большинство звезд.
Она забыла о работе и шагнула к мужу, обхватывая руками его торс. Ее голова едва доставала ему до груди, и ей нравилось ощущать щекой материал его теплой зимней куртки. Она чувствовала, как поднимается и опускается его грудь в такт ровному дыханию, слышала, как Луна шарит в темноте неподалеку. До них не доносилось никаких звуков, кроме шума ветра и волн, и, возможно впервые за все время, она почувствовала радость оттого, что находится здесь.
– У нас это «веселые плясуны».
– Не понял?
– Так в Оркни называют северное сияние. – Она посмотрела на него снизу вверх. – «Веселые плясуны».
– Мне нравится.
– И ты, наверное, не увидишь их, глядя прямо вверх на небо. На этой широте для наблюдения нужен чистый низкий северный горизонт. Ты ведь ученый, верно? Так что должен знать.
– Допустим. Но я изучал инженерное дело, а не астрономию.
– Что ж, к счастью для тебя, я в детстве интересовалась астрономией и знаю лучшие места, где можно поискать «веселых плясунов». Обещаю, мы отправимся туда в первую же ясную ночь.
– Существует ли что-нибудь, что тебя не интересовало в детстве?
– Мальчики. На самом деле я до сих пор ими не интересуюсь.
Том ухмыльнулся.
– Хорошее решение. Мальчишки – отстой.
Вернувшись с прогулки, она переоделась в пижаму, и они втроем привычно свернулись калачиком на диване перед зажженным камином. От жара костра у Фрейи после пребывания на холоде начало покалывать руки, а комната наполнилась сладким запахом тлеющих поленьев и сосновым ароматом рождественской елки, стоявшей у окна. Фрейя боролась с желанием продолжить чтение дневника Олы – в надежде найти упоминание о Джейсоне Миллере, – но решила, что с нее достаточно, день выдался слишком насыщенный. Правило не приносить работу домой благотворно сказывалось на психическом здоровье, и она намеревалась ему следовать. Однако напоследок она все-таки проверила кое-что.
Ответов на сообщения, которые она разослала в социальных сетях ранее, Фрейя не обнаружила, зато появилось больше комментариев под ее предыдущими постами с пресс-конференции, в основном повторяющихся. Она все высматривала Джейсона Миллера среди профилей, но безрезультатно, поэтому решила заняться его поисками. По запросу «Джейсон Миллер, Оркни» ничего не нашлось, а по всему миру оказалось слишком много Джейсонов Миллеров, чтобы среди них можно было вычислить подходящего.
Она взглянула на Тома, протянула к нему руку и пробежалась пальцами по волосам на затылке. Он читал что-то на iPad, удерживая его одной рукой, а другой поглаживая голову Луны, лежавшую у него на коленях. Фрейя улыбнулась от умиления. Она покосилась на экран планшета. В нем отражался свет настольной лампы, и Фрейя наклонилась ближе, положила голову Тому на плечо, чтобы посмотреть, что он читает. Ее внимание привлекла фотография.
– Что это?
Том был настолько поглощен чтением, что ответил не сразу.
– Это по поводу того парня, о котором говорила твоя мама. Его зовут Гордон Таллок. – Он взглянул на нее сверху вниз и ухмыльнулся. – Подумал, что стоит поискать его в интернете. Должен признать, Хелен меня заинтриговала. Теперь я вижу, откуда у тебя склонность к сторителлингу.
Он читал что-то похожее на пост в блоге на сайте факультета археологии Университета Хайленда и островов, колледж которого располагался в Оркни. Вообще-то речь шла не о лекторе, упомянутом матерью, а о раскопках, проводившихся в Скара-Брей.[39]
– Как ты это нашел? – спросила Фрейя.
– Погуглил имя парня, и статья всплыла одной из первых.
Он прокрутил страницу вниз, и фотография, зацепившая Фрейю, исчезла с экрана.
– Подожди. Ты не мог бы на секунду вернуться назад?
В текст был вставлен черно-белый снимок группы мужчин и женщин. Одетые в футболки и шорты, они стояли на коленях в грязи и щурились на солнце. Фрейя узнала пляжную песчаную полосу в виде полумесяца на заднем плане. Подпись под фотографией гласила:
У нее пересохло во рту.
