Пол открыл рот в немом крики, забрыкавшись в объятьях Роберта. Вделав несколько, а может быть, и больше, глотков, Скотт отстранился от него, и я смогла видеть его лицо, перепачканное кровью. Крик ужаса уже хотел сорваться с губ, однако чья-то ладонь заботливо зажала мне рот.
— Прости, Челси, — раздался голос Стефани над ухом, — ты увидела лишнее. Тебе лучше поспать.
Я почувствовала легкий удар в районе затылка, а потом мир перестал для меня существовать.
Глава седьмая
— Челси! — меня звали по имени, пытаясь привести в сознание. — Челси, ты меня слышишь?
Я вздохнула и разлепила тяжелые веки, сфокусировав взгляд на мутном человеческом силуэте, наклонившемся ко мне. Постепенно зрение прояснилось, и я разглядела своего учителя по биологии — мистера Торна.
— Челси, — произнес мужчина, привлекая к себе моё внимание, — что с тобой случилось?
«Что со мной случилось?» — произнесла я мысленно.
И стоило мне повторить его слова, как воспоминания вереницей ворвались в больную голову, от ужаса которых перекрыло дыхание и сдавило виски. Я резко села, подобрав под себя ноги, и, приложив ладони к губам, заплакала.
— Господи, — шептала я, качая головой из стороны в сторону, — Господи…
«Пускай это всё было страшным сном, пускай всё это мне привиделось…»
Оглянувшись сквозь слезы, я осознала, что нахожусь в одном из залов музея первого этажа, а вовсе не в темном реставрированном подвале. Мистер Торн сидит рядом со мной, приобняв за плечи в качестве поддержки, а одноклассники кучкой собрались вокруг нас, с интересом наблюдая новоявленную сцену слез и соплей.
Значит, меня кто-то принес сюда…
Я зажмурилась и закрыла лицо руками, уткнувшись лбом в согнутые колени.
— Может, в больницу? — заботливо спросил Мистер Торн. — Ты ударилась головой, возможно сотрясение.
— Нет, — я покачала головой. — Пожалуйста, отвезите меня домой.
Спустя пять минут за мной приехал Билл. Дядя хотел поговорить, но я жестом показала, что не готова, изъявив о своем твердом желании быстрее уехать отсюда. Очутившись за порогом родного дома, я мгновенно поднялась в свою спальню и, заперев за собой дверь, первым делом направилась в душ. Голова гудела, но боль в районе затылка была более-менее терпимой. Я коснулась больного места пальцами и нащупала сквозь густые волосы шишку. Резкая вспышка боли тут же насквозь пронзила головной мозг, и я немедленно одернула руку, убедившись, что трогать место удара лучше не стоит, если я хоту привести голову в нормальный рабочий режим.
Смыв, наконец, с тела всю пыль и воспоминания об инциденте в музее под струями бодрящего душа, я переоделась в теплую кофту, чистые джинсы и носки, а после свернулась калачикам на постели, не обращая внимания на колющую боль, точно кинжал пронизывающую мозг при каждом резком движение. Тишину разрушил стук в дверь, я содрогнулась и открыла глаза. Билл неуверенно высунулся из-за двери.
— Челси, как ты себя чувствуешь?
— Ты пришел спросить, готова ли я объяснить, что случилось?
Дядя почесал затылок.
— Ну, если ты не хочешь…
— Ладно, пошли.
Билл повел меня на допрос в свой рабочий кабинет, в который, кроме него, никому не разрешалась входить. Это было его личное пространство, и дверь всегда заперта на ключ, который Билл постоянно носил при себе.
Только мы спустились вниз, входная дверь распахнулась и домой влетела Джен, тут же заключив меня в объятья.
— Господи, милая, с тобой всё хорошо? Ты в порядке? Я слышала, что ты… — взволнованно затрещала Дженнифер.
— Я в порядке, — сказала я, убирая ее руки со своего лица. — Давай поговорим чуть позже, я сейчас иду к дяде…
Договорить я не успела: глазами неожиданно завладела темнота, а в ушах зазвенело. «Нет… Нет! Только не сейчас!» Видение настигло сознания быстро и мгновенно накрыло с головой.
— Челси, что с тобой? Тебе плохо? — послышался приглушенный голос Билла.
