Упивающихся организованно брали в полумесяц, не столько выбивая, сколько вытесняя к боковой стене, вынуждая отступать по усыпанному обломками полу. Может быть, заклинание подростка и не застанет врасплох опытного террориста, но щиты, поставленные тремя такими подростками, так просто не проломить и аврору. Матерно шипя и отплевываясь огненными подарками, черные бойцы Волдеморта отступали. Вот только девиц Поттера сквернословием было уже давно не взять; на этих и Финдфайра маловато будет.
— Ни шагу назад, ублюдки! — надсаживая глотку, орал Барти. Сделать Сонорус ему в голову просто не пришло. — Вас, идиоты, Лорд не затем послал, чтобы вы бегали! Поттер! Поттер, выходи, не прячься за своими мелкими шлюхами!
Поттер не вышел, а дернувшегося вперед Крауча втянула за щит жилистая рука Беллатрикс — за секунду до того, как Рон и Джинни общими усилиями приземлили туда еще целый стеллаж.
— Заткнись, мальчик, — рыкнула она, — и не переводи собственность Лорда зря, — Беллатрикс уже даже не пыталась сюсюкать. Хотя если спросить Поттера, на это-то Барти и напрашивался, героичный наш.
Казалось, сейчас все пойдет как нужно. Сейчас весь этот самозваный комитет по встрече прижмут к стене и забьют, как стукача в скаутском лагере, разом оставив Темного Лорда без лучшей половины боевки. Может, ненадолго, до следующего побега, но слово будет сказано, а скандал — развернут. Но над полем, усиленный наконец Сонорусом, прозвучал глухой голос. Антонин Долохов стряхнул молчанку.
— Передние четверо, щит по фронту, не болтать. Остальные — делай, как я!
Почти десяток Конфринго ударил в и так обожженную штукатурку. Разом, четко по команде, не отвлекаясь на дикий смех и прочие спецэффекты. Разве что привычно выругался задетый каменной крошкой Макнейр, но этот и не такое переживал.
Быстро, сметая пыль и пепел подолами мантий, Упивающиеся пробегали в черную дыру в стене. Последними, держа Протего, ушли трое Лестрейнджей — и Гарри пришлось придержать рвущегося вперед Невилла.
— Так, быстро: как прошло? — бросил он за спину.
— Десять мимо, — обстоятельно доложил Виктор. — Трое у дверей. Двух обработали, Долохов поднял шум. Могли бы поближе.
— Ну что, Гарри, расширим дыру? — предложил Рон.
— Можно обойти через Рулетку, — вставил Седрик.
Гарри задумался было... и тут засверкало по другую сторону.
* * *
— Так, Рон, Невилл, Виктор, Седрик, давайте-ка тоже по Конфринго по бокам. Гермиона, мы с тобой держим щиты... Три, четыре.
В расширившийся с великим грохотом внеплановый проем бойцы ФОБ влетели врассыпную — не хватал еще всем попасть под что-то щедрое по площадям. Зря — Упивающиеся действительно были немного заняты.
Орденцы, похоже, точно так же перебирали двери в крутящейся комнате — у них не было своего Руквуда, и найти дорогу в Отделе Тайн сразу не получилось. Но вышло неожиданно удачно, и в зале Арки господа Упивающиеся с удивлением обнаружили вторую загонную команду.
Да какую! Тройка авроров вытянула на себя братьев Лестрейнджей и снова выпершегося в первый ряд Крауча, Сириус уже успел успокоить Гойла спиной об ступени и теперь гнал по широкой дуге Руквуда, а Люпин прижимал к полу Джагсона с Крэббом. Но сильнее всего не повезло Макнейру — вокруг него уже плясала алая, как хвост Феникса, плеть Финдфайра. От алого пламени с шипением прянула в сторону и Беллатрикс. Альбус Дамблдор впервые за долгие годы посетил Министерство.
— Гарри, вы в порядке вообще? — заорал Блэк, отводя в пол брошенный Руквудомна бегу Ступефай.
— Я-то да, а вы ушли к Мерлину от Арки!!! — Гарри не мог смотреть ни на что, кроме жуткого сооружения. Кроме черного полога, слишком далекого, чтобы шептать, но слишком близкого, чтобы напоминать. Они ведь за все эти годы так и не поняли, что скрывается за ней. Приведенья отказывались даже смотреть в проем, големы с камерами не возвращались, а чересчур любопытный парень, отправивший внутрь патронуса, очнулся совершенно седым и, прежде чем разбить себе голову о ступени, проорал только одно: «Куда дольше, чем ты думаешь!».
Даже хорошо, что через пару ударов сердца аврору Поттеру стало не до того; перед ним вырос знакомый тощий силуэт. Антонин Долохов резким движением сбросил с лица маску. Под капюшоном оказалось лицо, почти такое же бледное, как металлическая личина.
— Мастер Поттер, я полагаю?
— Мастер Долохов, — так же ровно, не сбиваясь на вдох и не оглядываясь на вспышки, ответил на приветствие Гарри.
— Начнем, пожалуй?
— Охотно.
В ответ Антонин выбросил палочку вперед — и Гарри почувствовал, как отнимается, как после зубного врача с его обезболивающими, язык, как перестает чувствоваться гортань. Силенцио. Что же, Долохов, опытный практик невербальной магии, явно привык получать такую штуку и очень веселиться по этому поводу — но в эту игру можно играть вдвоем.
