Почти сразу же Гарри выкинул вперед Ступефай — и Долохов увернулся в последний момент, даже не думая контратаковать. Посмотрел было удивленно, прищурился, кивнул. И тут же выдал что-то совершенно Поттеру неизвестное — разлапистая черная клякса в воздухе выглядела слишком противно, чтобы принимать ее на Протего, так что Гарри призвал под него по Акцио заботливо выбитый Дамблдором кусок ступеньки. Камень немедленно покрылся плесенью, а Гарри привычно раскрыл одной левой нож.
Они пошли по кругу, глядя друг другу в глаза и не обращая никакого внимания на орущую и гремящую вокруг гражданскую войну. Даже когда крики стали явственно менять тональность, они не оторвались друг от друга. Гарри принимал, навивая, будто пряжу, на нож, лучи проклятий от Долохова и стыдно мазал по нему режущими, пытался загнать его к стене и не дать подняться на лестницу, пропустил раз, но быстро снял внезапную Таранталлегру откуда-то со стороны. Молча, в полном молчании, не отрывая взгляда.
Попался старый специалист на сущей мелочи. Ответив было на Инсендио Агуаменти, он сам не заметил, как после этого описал почти полный круг. Поттер атаковал сразу же, всем, что смог вложить в один ступефай — столько, чтобы он не рикошетил от щитов, а продавливал вражье Протего — и тут же резким движением вниз подморозил лужицу на полу. Антонин поскользнулся на краткий миг, не теряя равновесия, нет — теряя внимание. Гарри рванулся вперед, рассекая золотистый щит гринготтским ножом наискосок — и почти в упор ударил ветерана Петрификусом. Долохов упал быстро, но величественно, как пограничный столб.
* * *
И только тогда Гарри услышал смех. Паршивый признак — здесь есть только одна дама, которой есть над чем посмеяться, и если она близко — то это ой не к добру. Только уже разворачиваясь на каблуках, он понял, что смеются на два голоса — по-разному, но почти в унисон.
Сперва он увидел Барти Крауча, укутанного по плечи цепями, но упрямо идущего к Дамблдору, как раз занятому вездесущим Руквудом, но тут же понял, что рядом все еще интереснее.
Слева от него, уже пройдя мимо торопливо отползающих Джинни и Луны — Джинни зачем-то утеряла маску, а Луна чуть слышно постанывала, держась за лодыжку — остановилась Беллатрикс Лестрейндж. Остановилась, разбираясь с последней оставшейся перед ней ученицей.
Гарри не сразу смог ее опознать; молча, без танцев и кульбитов, девушка с тщательно убранными под шапку волосами держала оборону — на каждое заклятие опытной террористки она создавала щит, тут же его гася, но успевая прикрыть и себя, и поверженных подруг. Быстрой работой отмечались у Гарри многие — но вот быстрой и плотной разом... человека надо запомнить, но кто же это? Времени не было, но по сложению вроде Ханна Эббот. «Интересно!» — решил Поттер и быстрым шагом пошел вперед.
Когда он услышал визг, то решил было, что он опоздал, и сейчас Ханна начнет корчиться от боли. Но заклинание Беллатрикс улетело к темнеющему вдали потолку — Ханна орала от восторга, перейдя в наступление. Похоже, Беллатрикс сегодня досталось уже слишком много, она и так-то не была особенно здорова после тюрьмы, а тут и вовсе шла на одном липком, как нефть, безумии. Когда в нее полетели красные лучи Обезоруживающего, один за другим, она отражала их со все меньшей и меньшей форой, отходя назад шаг за шагом...
Юная Эббот увлеклась. Ответный удар был страшен — Беллатрикс сжала обычно точечное Диффиндо в широкий веер, режущий, кажется, сам воздух. Гарри покрыл последние шаги одним прыжком, и уже размахивался Темным Хлыстом, но все равно не успевал.
Эббот выдержала. Опустилась на одно колено, насыщая Протего медовым светом — Гарри казалось, что он уже слышал, как тяжело, как жарко она дышит, но сил у нее хватило. Щит и заклятие потухли вместе, а Вариари Вагрис откинуло Лестрейндж далеко назад, к самой Арке. Сириус было дернулся окончить дела с кузиной, но оглянулся на Гарри — и ударил по Макнейру.
Гарри, однако, было не до того. Он попытался отчитать вконец потерявшую берега и инстинкт самосохранения хаффлпаффку — ладно еще к Джинни уже бежал Невилл — но не смог. Он раскрывал и закрывал рот, как выловленный из декоративного пруда карп, пока девушка, так же молча, смотрела на него горящими серыми глазами.
Серыми.
Она сняла балаклаву и тряхнула рыжими волосами. Ее щеки горели, но улыбка лучилась.
— Фините Инкантатем, — произнесла Сьюзи расслабленно, тягуче, на тон ниже обычного... Поттер торопливо отогнал ассоциации. — Гарри, ну я же тебя предупреждала!
Даже несмотря на то, что Силенцио Долохова спало, Гарри ничего ценного и интересного сказать не смог. Сперва был не в состоянии, а потом честно собирался, но резко стало не до того — открывшиеся двери круглой комнаты, что Седрик назвал Рулеткой, хотя Гарри бы скорей вспомнил о револьверном барабане, выплюнули небольшую команду людей в красном.
Боевая шестерка и Руфус Скримджер.
* * *
