— И он же рассказал им то, что я узнал от директора, — добавил Гарри. — Что получить эту вещичку может только участвующий. Он или я. И вот тут наш дорогой господин Реддл решает, что он у нас великий интриган.
— Судя по тому, как обстоят дела, и здесь, и в принципе, он ошибается, — кивнула Амелия. — Но как вы его вытянули?
— Всему свое время, почтенная, — Гарри нравилось, нравилось рассказывать подобные вещи. Как тогда, на первом собрании Ордена. А сейчас еще и аудитория была куда как благодатнее. — Дело в том, что по результатам наших с ним прежних, — Поттер поморщился, — встреч Волдеморт в курсе, что в магии разума я ой не магистр. А он — замечу — не только знающий темный маг, но еще и специалист-легилемент высочайшего уровня.
— И что это ему дает? — Скримджер прищурился. — Допрос легилеменцией — это долгое и трудное дело, я свидетель.
— Времени у него хватало, — покачал головой Гарри. — Тут лучше. Он обложился книжками по психологии и начал заползать ко мне в сны. Пытаясь меня сюда довольно грубо вытянуть.
— В сны? — Руфус прищурился снова, недоверчиво. Переглянулся с Амелией. — Кажется, это невозможно.
— Но я-то этого не знал, — Гарри всплеснул руками. — Не забывайте — я все-таки, несмотря на фамилию, по большей части магглорожденный и много о чем понятия до сих пор-то не имею. Так что и заподозрил просто легилеменцию такую. С чем к директору и побежал. Кажется, я впервые видел Альбуса Дамблдора озадаченным.
— Немудрено, — вздохнула Амелия. — Это очень плохие новости, Гарри, раз уж у Того, который... у Волдеморта для нас есть сюрпризы такого размаха. Но я так поняла, Альбус тебе поверил.
— Да, проверил по Омуту памяти, попробовал мой разум сам, провел какие-то измерения, сам не знаю, для чего. У него были какие-то мысли, и они ему очень не понравились, — Гарри вздохнул снова, еще более траурно, — но теперь уж не понять, какие. Но да, решили принять как данность, и...
— И начали то, что магглы называют «радиоигра», — хмыкнул Скримджер. — Кстати, у вас неплохая команда. Давно?
— Год, — подтвердил Гарри. — По программе вашей же Академии, в принципе.
— Ну я могу представить, откуда инструктора, — Скримджер глянул на Кингсли. — Но за год это очень неплохо.
— Так ведь сокращаю, — Гарри отмахнулся. — У меня только боевой цикл; я им ни слежку не ставлю, как-то все незачем, ни дознание — прав таких не имеем. Магическое право вообще выбросил. Для этого у нас вы есть.
— Здраво, — кивнул Главный Аврор. — Такого наши темные друзья не ожидали, в конечном-то итоге.
— Итог вы видите, — Гарри обвел широким жестом зал и всех, кто в нем еще был. — Этот раунд, похоже, все-таки за нами. Но что дальше?
— А действительно, что дальше? — поинтересовался Руфус Скримджер, обводя своих собеседников внимательным, оценивающим взглядом. По Поттеру этот взгляд едва скользнул.
— Что же, я думаю, тут все понятно, — Кингсли ответил ему таким же взглядом. — Когда у нас на руках будут соответствующие документы от вашего друга Корнелиуса, мы соберем Визенгамот. Они, я полагаю, без проблем провозгласят чрезвычайное положение...
— Подождите-ка, — Амелия подняла ладонь, монокль сверкнул, как маленькое заклятие, — вообще-то чрезвычайное положение министр Фадж уже провозглашал. И тем самым вся процедура пошла по гоблину, простите меня за выражение. По сути, сейчас мы можем просто собрать начальников отделов, потом Визенгамот — экстренно и полным кворумом, такое право в указе прописано...
— Проще, — довольным тоном сказал Руфус. — Корнелиус может назначить преемника. Но мы оба понимаем, Амелия, что это будет один из нас.
— Сперва нам необходимо определиться вот с чем, — покачала головой ведьма. — Нужен ли нам еще один Верховный правитель — или нам нужен избранный Министр?
Гарри и Кингсли придвинулись поближе друг к другу. Между Главным Аврором и Главой отдела магического правопорядка явственно раскалялся воздух. Молчание висело одну очень долгую минуту.
Ну вот что за люди, подумал Поттер, им же не расскажешь, что кресло сейчас, как его не назови — это не способ развязать конфликт, а нарисованная на спине мишень. А ведь именно исходя из этого он предпочел бы Скримджера сейчас, на мадам Амелию у него свои планы. Но поддержать Скримджера будет ненатурально, да и невежливо, в конце концов.
Положение спас Кингсли, человек, в другом варианте реальности удерживавший этот же самый пост больше двадцати лет.
— Господа, господа, это, как ни странно, не горит, — хлопнул он в тяжелые ладони. — Тут другое надо решать. Во-первых, вопрос с Упивающимися. Ваши мысли?
— Неоднозначно, — пожала плечами Амелия, поймав родную и близкую ее сердцу тему юридических казусов. — С одной стороны, у нас действительно чрезвычайное положение, и мы, в принципе, имеем право отправить их на поцелуй. С другой — это ненормально, они уже арестованы и надо бы подвергнуть их суду. Полным составом Визенгамота, что уж. Многие наработали на поцелуй, но многие-то нет.
