— Только так с зараженными и надо. Они своей черной магией плодят теней, и подвергают Купол опасности, — сказал ответили в отряде. — Да и так мы даймё, нам можно. Заражённые они, или нет. Кто узнает-то?
— Ага.
Я с недоумением взглянул на Ису, но тот махнул рукой.
— Что делать будем? — шепнул я.
— Убирать, — отрезал Ису. — Они деревню найдут. Эта тропинка прямо к ней ведёт. Ты можешь побыть тут, а я ими займусь.
— Ну, — начал я, но не успел закончить.
Ису мигнул, словно исказившееся изображение, и исчез. В следующую же секунду я услышал удивленные возгласы, и звон обнажающихся мечей, доносившиеся со стороны тропинки.
— Ты кто?! Откуда вз… — попытался спросить кто-то сердитым тоном, но вопрос прервался болезненным визгом и звуком рассекаемой плоти. Донесся звук брызнувшей на землю крови. От этого у меня захватило дух.
В следующий миг патрульные с воинственными криками бросились на своего обидчика. Тени не шевелились, наблюдая за происходящим. Завязалась битва, раздавался звон скрещивавшихся клинков, и громкие болезненные крики. Поймал себя на мысли, что мне не хотелось бы быть на месте патрульных.
Моя роль наблюдателя прекратилась довольно быстро. Уже через тридцать секунд битвы я услышал, как кто-то даёт дёру в лес, или тактически отступает. Всё бы ничего, но это отступление производилось в мою сторону, а я стоял тут совершенно безоружный.
— Там тени! — крикнули, приближаясь. — Быстро! Разделаться с ними!
«Уходите!» — неожиданно для себя подумал я. После того, что я узнал о них, у меня зародилось к ним чувство жалости и сострадания. Подумать только! У меня возникло чувство сострадания к существам, которые убивают в год пятьдесят тысяч моих товарищей. Только теперь, убийцами я считал не теней, а мечников, пусть пока немного в этом сомневаясь.
Но какие могли быть сомнения? Тени не шевельнулись, увидев бегущих к ним мечников, а те сразу же настроились агрессивно, решив убить всех. Для них это привычное дело, и они даже не думали о том, чтобы пробежать мимо. Они тоже не знали правды, это было очевидным, и прослеживалось в их поступках. О каком заражении они говорили?
Мечники, взмахнув клинками, выпустили пять стихийных вееров. Два огненных, два световых, и один воздушный. Тени даже не успели опомниться, прежде чем умереть. Огонь и свет быстро сделали своё дело, обратив цели в пепел, и оставив после себя разрушительные следы. В воздухе тут же повис запах костра, исходящий от вспыхнувших, попавших под огонь. Деревья моментально стали похожими на раскалённые угли, сияя ярким красным светом, и показывая кое-где проблески открытого пламени.
Воздушный веер рассёк тень на двое и брызнула чёрная вода. Тень жалобно взвыла. Она выпустила когти, руками пытаясь тянуть остаток своего туловища к врагу, но тот настиг её быстрее. Мечник подбежал к ней, и как только она к нему потянулась, мечник парой точных ударов отсёк её руки.
Она взвыла. Неужели от боли? От мысли, что тени на самом деле испытывают боль, заныло в груди.
Мечник, уже без опаски, и победоносно её обойдя, презрительно посмотрел на поверженного врага, упиваясь своим триумфом и совсем меня не заметив.
— Ну что, допыгалась, зараза?! — рявкнул он, впечатав пятку в затылок тени. Она снова завыла. — Не ори, мразь!
Он бил её ногой по голове раз за разом, с хрустом вонзая пятку в податливую субстанцию, трещавшую словно настоящие кости. Каждый удар тень воспринимала воем, и дергалась в предсмертных конвульсиях, вызываемых болью. Мечник, бивший её, широко улыбался, и глядел на жертву красными от злости глазами. В конце-концов, он размазал голову тени, и с наслаждением глянул в небо, вздохнув.
— Время зря потратил, психопат! Осмотрись! — скомандовали ему, и он, кивнув, принялся выполнять команду.
— Эти уроды убивают наших людей, — буркнул психопат.
«Да они даже вас не трогали, ублюдки!» — возмутился я про себя.
Но нельзя было винить их в том, что они позволили убедить себя во враждебности теней. Им просто закрыли доступ к знаниям, которые могли помочь взглянуть на всё критично, и сформировать собственную точку зрения. Своего мнения у них не было точно, они мыслили категориями, которые внушали мечникам с самого начала их карьеры. Категории эти — догма, сомневаться в которой было преступлением.
Я застыл на месте. Остальные вскоре показались в поле моего зрения, и я хотел тихонько скрыться за деревом, чтобы не попасться им на глаза. Этого ничуть нельзя было стыдиться, ведь даже согласно Бусидо, которого я уже не признавал, разумные поступки поощряются. Отсутствие страха перед смертью далеко не значило то, что нужно напрасно рисковать жизнью, и с голыми руками атаковать группу мечников.
Они, заметив меня, остолбенели, но быстро пришли в себя. Я предпринял попытку скрыться, но был быстро окружён, и зажат в кольцо. Они держали клинки наготове, напуганные силой Ису, и видимо у них было предположение, что от меня тоже можно чего-то ждать. Я был загнан в угол, и страх завладел моим сердцем, заставляя его стучать с огромной силой.
