Словно разверзлась земля и приоткрылось логово подземного дракона. В провалах, щелях, чёрных дырах гудели ветра, тьма в их глубинах выла, стонала, визжала, рыдала. Будто где-то внизу беспощадные демоны впивались в сумеречное сознание своих пленников. Ядовитые испарения вызывали судорожное удушье. Кровь леденило дыхание бездн. Мокрый туман лип, словно тесто, обволакивая тягучей паутиной животного страха… Ужас, страдание, боль, отчаяние, оцепенение – основной камертон тех жутких мест.
«И вместо Света вы наполнитесь Хаосом»…
Лабиринт отнял силы, погрузил всё во тьму, превратил тела путников в почти неподвластную им дрожащую окоченевшую плоть…
Взгляды перекрещивались одним и тем же вопросом: «Не двигаться больше, застыть, замереть?.. Присесть здесь на камень и просто уснуть!?»…
«О Свет Светов, спаси нас от нас самих!»…
Внезапное пробуждение. Гротеск ледяных громад, ни малейшего движения. Незримая волна доносит звук… тихий, глубокий, странный… будто гул колокола из недоступных иных измерений… Необычайное напряжение. Взрыв! Диск огня в пустоте – золотой орёл парит в пространстве… Смех сорвавшейся лавиной заполнил всё. «Ха-ха-ха-ха-ха!»…
Поздним вечером выбрались на твёрдую землю: как ни в чём не бывало стелилась трава, местами торчали кусты. Чёрное небо, луна… пейзаж почти не вызывал подозрений.
Тропа плавно поднималась вверх. Кристальная прозрачность воздуха была напоена утренним светом. Звуки, доносимые ветром, не нарушали тишины. Синие, алые, ослепительно-белые горы непрестанно менялись при движении солнца, луны, облаков. Небо было открыто от самой земли до головокружительной высоты. Долины, хребты, далёкие пики, изгибы рек, водопады – всё совершенно. Как вода в воду, вливалась безмятежность в мысленный поток, очищая его от тщеты. Мистерия огня, воды, воздуха и земли – пространство роскоши, иллюзии… и пустоты.
Впереди путь на перевал. За отрогом горы с островками арчи открылось новое ущелье. Упругая, как змея в молниеносном броске, река в середине русла неправдоподобно возвышалась над берегом. Вспыхивая на солнце, жемчужные нити течений узорами золотили её струящееся тело. У самой воды устоять невозможно: невидимые шлейфы ветра неожиданно закручивались в смерчи, увлекая за собой. Взгляд, заворожённо следуя за потоками вод, ломал равновесие. Падение не оставляло ни единого шанса. Мы пробирались по самому краю стремнины, прижимаясь к скалистой стене. Каждый шаг выверен, каждый шаг – целое действо… Через пару часов привал на прибрежном песчаном откосе. Первозданная долина тонет в тенях уходящего дня, загораются звёзды…
Утром поднялись на гигантский ледник: хрустальная лава зигзагом спускалась меж белых скал. Сияние слепило глаза. Сверившись с картой, определили направление на перевал: издали южный склон хребта выглядел рельефным монолитом, однако просматривался кулуар, на самом верху – скальная седловина и низвергавшийся прямо с неё водопад. Нам, видно, туда… Шли почти вслепую в мареве бликов заиндевевшего плато. В какой-то момент обогнули гигантскую зияющую воронку, куда устремлялся падающий сверху горный поток, смешиваясь в её глубине с чёрной кипящей подземной рекой.
На подъёме – лес выветренных скал: на удивление схожие между собой тридцатиметровые столбы-великаны, увенчанные огромными сплющенными головами, застывшими в сомнительном равновесии. Это каменное войско долго тянулось по склонам вдоль падающей сверху с террасы на террасу прозрачной реки. Казалось, без молчаливого согласия духов ущелья здесь не пройти. Чем выше, тем плотнее стояли каменные истуканы другу к другу, их многотонные головы грозили слететь с тонких шей – разбитых и целых упавших голов всюду валялось немало… Странные скалы всё больше теснились к реке, вынуждая нас идти ближе и ближе к воде…
Шелесты, гул, стоны ветра вплетались в шум водопада, иногда возвращались вдруг эхом от скал. Мы шли уже по воде, по обжигающему ледяному потоку, навстречу каскадам искрящихся струй – будто стаи белоснежных фантастических птиц кружились вокруг. Брызги превращали воздух в волны мельчайших радужных солнц, бесчисленных, заполняющих всё пространство.
У седловины, там, наверху, только сверкающий водопад. Казалось, что поток падает с самого неба… Больше не было изнурённого тела, не было и ума…
Наконец – седловина, открылась та сторона. Вершина хребта оказалась дном гигантской чаши, устеленной изумрудно-синей травой с яркими крохотными цветами по берегам серебристых ручьев. Вокруг, далеко, – исчезающие в ночи снежные пики… Перевал где-то там…
P.S.
У каждого свои причины вновь и вновь возвращаться в этот мир. Над сверкающей белой пустыней прозрачный холод звёзд: кто-то стоит на вершине в полном уединении… но одновременно находится вне… в свободном парении. Далеко внизу – альпийские луга, шум водопадов… Здесь
Его видели на берегу реки… Никому не известная старуха сидела рядом.