Я передернула плечами. Ну и пусть. В конце концов, это не самая моя большая проблема.
– К чему такие сложности? – спросила я, уже не таясь. – Все равно я не переживу брачную ночь. Или Фейсалу нравится роль вдовца?
– Традиции, – взмахнул хвостом Аякс. – Их придумали, чтобы родс-ственники аманат получили компенсацию за ее гибель. Они вроде как роднятся с с-самим Великим Драконом. Это высоко ценится.
О как, еще и родственники замешаны. Интересно, родные Катрины тоже были не прочь выгодно ее продать? В таком случае не хочу их знать. Надеюсь, после моей смерти им ничего не достанется.
– Они уже давно мертвы, – угадав мои мысли, произнес Аякс. – С-с-столько лет прошло…
– Вот и славно, – кивнула я. – Туда им и дорога.
Я была чертовски зла. На Агэлара, который обещал помочь, но в итоге бросил меня одну. На Фейсала, которому не терпелось забрать свою душу назад. На всех его приспешников, воспринимающих меня как живой сосуд и игнорирующих тот факт, что я вообще-то живой человек. У-у-у, ненавижу! Всех!
Аякс – и тот лишь притворяется другом, а на деле выдаст меня чуть что. Нет у меня друзей в этом мире. Только враги.
Я могла возмущаться еще долго, но что толку? Тем более мы как раз пришли.
Двери церемониального зала распахнулись, и я, подталкиваемая матроной, шагнула вперед.
Переступив порог, застыла. Слишком много впечатлений сразу атаковали органы чувств. Яркий свет, льющийся из окон, бил по глазам. Надо же, их помыли ради такого дела.
Гул голосов ударил по барабанным перепонкам. В зале было не протолкнуться. Пустовал только проход, ведущий к алтарю из черного стекла.
Резко пахло чем-то вроде ладана. Душный аромат забивал ноздри. Я едва сдержалась, чтобы не чихнуть.
– Задерните шторы! – раздался громогласный приказ.
В ту же секунду на окна упали тяжелые шторы. Настоящий блэкаут. В зале воцарилась темнота. В этом мраке моя кожа сияла особенно ярко. Я была как свеча в непроглядной тьме. Одинокая, трепещущая на ветру.
– Ах! – пронесся по залу вздох.
Люди любовались мной, как предметом искусства. Для них я была вещью. Прекрасной, но бездушной.
Ни в одном устремленном на меня взгляде я не видела сочувствия. Любопытство, восхищение, желание обладать – хоть отбавляй, но простого человеческого сострадания не было.
– Иди, – кто-то шепнул мне на ухо.
Это было странно, ведь поблизости никого не было. Все мои спутники остались за порогом зала.
Возможно, это был сам Фейсал. Он сидел все на том же кресле рядом с алтарем и не сводил с меня глаз.
Я обнаружила, что не могу ему противиться. Не хочу, но делаю шаг. Поднимаю ногу, ставлю вперед, переношу вес тела. И так шаг за шагом, все ближе к алтарю и трону, а заодно и к смерти.
В какой-то момент взгляд выхватил из толпы ликующую Ислин. Почему-то мое существование было ей поперек горла. Чувствую, мою смерть она будет отмечать как личный праздник каждый год.
Рядом с невестой стоял Агэлар. Выражение его лица я до конца не поняла. В нем не было сочувствия. Он был спокоен и сдержан, как будто происходящее его совсем не касалось.
Я отвернулась от мужчины. Что толку смотреть, если ему на меня плевать? Пора признать, что я сама по себе.
Вдруг мой взгляд столкнулся с ледяными глазами беловолосого мужчины, и я невольно поежилась. От незнакомца вполне ощутимо повеяло холодом. Он был словно высечен изо льда. Красивый, но холодный.
Я поскорее отвела взгляд. Тем более как раз добралась до ступеней. По ним я поднялась к алтарю и встала рядом с креслом Фейсала.
– Душа моя, пришло время нам воссоединиться, – беззубо улыбнулся старик.
Он явно обращался не ко мне, а к светящейся субстанции внутри меня. Это было дико и жутко.
Я не бросилась с криком вон из зала лишь потому, что не могла толком пошевелиться. Чужая воля буквально сковала по рукам и ногам. Я даже дышала через раз.
– Мы собрались здесь, чтобы засвидетельствовать добровольный союз двоих. – За алтарем стоял местный священнослужитель в алой рясе.
Первые же слова его речи вызвали у меня скептическую ухмылку. Добровольный, как же. Я еще не выжила из ума. Надеюсь, у меня спросят, хочу ли я стать женой Фейсала. Не передать, с каким удовольствием я отвечу «нет».
– Соедините ваши руки, – велел священнослужитель.
Прислужник, все это время дежуривший за креслом Фейсала, поднял его руку и развернул ладонью ко мне. Старик даже руку самостоятельно протянуть не может! Хотя лучше бы протянул ноги, честное слово.
Но кое-какие силы у Фейсала все же остались. Стоило ему взглянуть на меня, как моя рука сама собой легла в его ладонь. Совершенно против моей воли. Замечательно, приплыли. Этак он пожелает, чтобы я легла на брачное ложе, раздвинула ноги и не шевелилась, а я даже сделать ничего не смогу.
Наши руки встретились, и меня передернуло от отвращения. Кожа старика была сухой, как пергамент. Но что-то внутри меня отозвалось вопреки воле на его прикосновение. Свет вспыхнул ярче, как будто хотел перейти к Фейсалу.
– С этой минуты вы пойдете по жизни рука об руку, – изрекал священнослужитель, а я мрачно думала, что идти нам недолго. По крайней мере, мне.
