Оказалось, что та самая девушка, которую так бесцеремонно швырнули на дракх, Рисанна – дочка деревенского старосты. А Нанька, то бишь Наний, приходился ей братом. Правильно угадала, что эти двое – близкие родственники.
Загрузили телегу быстро, но меня к этому безусловно ответственному, но тяжелому в прямом смысле слова делу не допустили. Даже легкие тюки забрали из рук, пояснив, что ньеры таким не занимаются. Пострадавшие поднатужились и, кряхтя и охая, доковыляли сами. Несмотря на вместительность телеги, добра, выгруженного с дракха, оказалось прилично, и Македон остался караулить то, что не смогли увезти, и ждать возвращения парней, отправившихся топить судно.
Силан вел телегу, остальные шагали рядом. Ребятня, получившая неожиданное избавление, поначалу опасливо косилась на меня, но вскоре расслабилась и принялась играть и веселиться, гурьбой убегая по дороге далеко вперед.
Они громко разговаривали и хохотали, а девушки принялись на них шикать. Одна даже пригрозила, что ньера их в замок не возьмет, если будут шуметь. Я же прекрасно понимала, какое нервное потрясение испытали детишки, так что пусть лучше сейчас выбегаются и накричатся. Правда, при одном взгляде на них, таких беззаботных, мое сердце тоскливо сжималось. Тогда я крепче стискивала кулаки и плотнее – губы.
Не сейчас. Вот запрусь вечером в своей комнате, и…
Я посмотрела на Рисанну, крепко сжимавшую руку Наньки. Получается, староста не был ни в сговоре с нирфеатами, ни в фаворе у работорговцев, и никаких особенных условий для него не полагалось. Честно говоря, одна мысль, что у кого-то не постеснялись отнять сразу обоих детей, вызывала жгучее желание прибить наглого Ножа. Я уставилась на него. Хотя, точнее, сквозь него.
– Ньера, ты так смотришь, что мне не по себе, – заметил мой замерший взгляд разбойник.
– Думаю, скормить тебя гигантской паучихе или сначала допросить? – буркнула я.
– И каково решение?
– Узнаешь.
Я ускорилась, чтобы первой подойти к воротам. Нас ждала церемония приглашения в замок, и следовало поломать голову над тем, как правильно ее провести для пленника. Оставить за пределами я его не могла, но и внутрь пускать совершенно не хотелось.
Все затянулось почти на полчаса. Мне пришлось оставить всех поодаль и вызывать по одному, а потом еще и уговаривать назвать настоящее имя. И если с девками проблем особых не было, то дети в основном использовали прозвища, а еще свято верили в то, что имя нельзя называть. Помог Силан: провел воспитательную беседу и рассказал, как глупый Шнырь так же артачился, и его едва не сожрали носферы.
Нож тоже не желал открывать настоящее имя.
– Если не скажешь, как тебя зовут, охранная магия замка тебя не впустит, – пожала плечами я. – Придется скормить тебя паучихе.
– Ненавижу пауков! – скривился пленник.
Совсем недавно я была с ним солидарна, но теперь наши отношения с восьмилапыми слегка потеплели.
– Я слышал про нее. И знаю, что паучиха не выходит за ворота замка, – выказал осведомленность разбойник.
– Насчет Ангуса тоже так многие думали, а между тем он отправил на тот свет твоих подельников.
Я внимательно наблюдала за реакцией пленника.
– Ты о призраке, что ходит по стене? – криво усмехнулся тот, и тут же его лицо вытянулось. – Постой, так это был… А как ты… Но ведь… – Окончательно растеряв слова, Нож поморщился и замолчал.
Ушибленные, а то и сломанные ребра добавляли ему дискомфорта, и он откинулся на тюки.
– Слезай с повозки! – Я нетерпеливо махнула рукой.
Слезать с повозки – совсем не то, чего сейчас хотел разбойник, но деваться ему было некуда. Кряхтя и охая, как старый дед, он кое-как спрыгнул и плюхнулся, едва не уткнувшись в землю разбитым носом. Некоторое время Нож стоял на коленях, опустив голову, и явно боролся с болью, но помогать я ему не стала. Не желала даже прикасаться лишний раз. А ведь он наверняка на это надеялся.
Немного оклемавшись, Нож присел в теньке, прислонившись к стене спиной и нагло на меня уставившись. Вроде как все равно выиграл у глупой бабы. Но у меня к тому моменту уже созрела одна идея.
«Говоришь, пауки тебе не нравятся? Что ж, будут тебе пауки».
Пользуясь новой способностью, я обратилась мысленно к восьмилапым, которые находились поблизости, и попросила проползти по наглецу. Убить маленькое существо со связанными руками у него не получится, так что никто особенно не подвергался риску.
Ужас! Стоило мне наладить контакт с этими монстрами, и я уже о них беспокоюсь!
– Скум! – прошипел Нож. – Убери его! Убери!
Он задергался, точно в конвульсиях, засучил ногами и упал набок. Я и не сразу поняла, что происходит, но тут заметила, как огромный паук упорно ползет по его штанам все выше и выше. Прямо к обнаженной груди пленника. Нож замер, уставившись на чудовище почти с мою руку размером, которое неспешно перебирало лапами.
– Сфира? – тихонько позвала я.
В ответ паук поднял переднюю лапу и махнул ею дважды. Да, точно! Вон и поврежденный глаз… Это определенно была моя паучиха. Удивительно, но, похоже, из смертельного врага я умудрилась сделать союзника при помощи магии меча. Надо же!
