— Именно поэтому ирландец встречался с твоей подругой в ночь ее смерти, да хранит Аллах ее душу... — Туарег заметил мое потрясение и добавил: — Да, мне известно о последних часах жизни твоей подруги.
— Откуда?
— Сначала затянись, — предложил он. — Некоторые известия лучше воспринимаются в состоянии транса.
«Вот мы и подошли к самому важному», — подумал я.
— Туарег, ты бы заранее предупредил, что собираешься ставить надо мной психологические эксперименты.
Смех — карающее орудие психоаналитика. Смеялся Туарег ровно, пронзительно и резко, всегда одинаково, как бы смешно ему ни было.
«О человеке легче всего судить по смеху и походке», — заметил однажды Дидье.
— Ты прав, мне очень хочется провести с тобой еще одну беседу, — признался Туарег. — Да, я ставил эксперимент, прошу меня извинить.
— Не надо больше экспериментов!
— Хорошо, не буду, — снова рассмеялся он. — Понимаешь, я редко принимаю гостей, а из дома почти не выхожу. Без экспериментов скучно. Ну что, продолжим разговор об ирландце?
— Да.
— Они с Абдуллой... совершили убийство.
— Что?!
— Увы, это правда, — кивнул Туарег.
«Нет, не может быть», — подумал я и спросил:
— Откуда ты знаешь?
Он недоуменно поморщился, словно не решаясь продолжать рассказ, а потом неохотно признался:
— Мне многое сообщают.
— Знаешь, лучше не говори, не надо. Абдулла мне сам все расскажет.
— Погоди, не торопись! Эти сведения мне сообщили добровольно, я их не выпытывал. Они тебе пригодятся.
— В отсутствие Абдуллы я о нем говорить не желаю.
— Великолепно! Это была еще одна проверка. Прошу прощения, я не мог удержаться...
— Да что это такое, Туарег?! — возмутился я. — Я пришел к тебе в гости, а ты устраиваешь мне сеанс психоанализа?
— Нет, что ты! Позволь мне объяснить... Так вот, один бизнесмен не желал платить Компании деньги за охрану, обратился в суд, возбудил дело. Санджаю это не понравилось, и он велел Абдулле все уладить. Абдулла и ирландец явились к бизнесмену... В общем, Абдулла тебе сам расскажет, что дальше произошло. Скажу только, что кончилось все печально.
— А при чем тут моя подруга?
Лиза... В пчелином улье Туарега я не мог произнести ее имя.
— Об этом известно только одному человеку.
— А ты этого не знаешь?
— Пока не знаю.
Похоже, мое общество ему нравилось. Не хотелось думать, в каком свете это выставляло меня самого.
— Знаешь, что такое тайна? — спросил Туарег, пряча улыбку в длинной седой бороде.
— То, о чем ты мне не скажешь?
— Тайна — это неизреченная истина, — пояснил он. — Абдулла хранит свою тайну, он сам мне вчера об этом сказал.
— А зачем ты его спросил?
— Хороший вопрос, Шантарам. Почему ты его задал?
— Туарег, прекрати. Зачем ты расспрашивал Абдуллу обо мне? Это как-то связано с моей подругой?
— Конкэннону хорошо известно, что Абдулла считает тебя лучшим другом, поэтому ирландец и боится, что Абдулла рассказал тебе об убийстве. У Конкэннона есть две причины желать твоей смерти. Он неспроста объявил о вознаграждении за твою голову — сначала он хочет твоей смерти, чтобы помучить Абдуллу, а потом разделается и с самим Абдуллой.
— Спасибо, мне все ясно, — вздохнул я. — И как же найти Конкэннона?
Туарег снова рассмеялся, но не стал объяснять почему. Я сидел под аркой в бесконечности арок, укуренный до такой степени, что ноги не держали.
— Все люди делятся на две категории: те, кто использует других, и те, кого используют другие, — изрек Туарег.
По-моему, все люди очень разные и делятся на бесчисленные категории, но я вовремя сообразил, что Туарег говорит не об этом, и вздохнул:
— Значит, эти сведения мне дорого обойдутся.
— Если честно, я хочу попросить тебя об одолжении, — признался он. — По-моему, ты с удовольствием на это согласишься.
— С удовольствием?
— Расскажи мне все, что тебе известно о Ранджите Чудри.
— Зачем?
— Я хочу взять его под свою опеку.
— Под опеку?
— Да, помещу его в одно заведение по соседству.
Иногда судьба вручает тебе горсть песка и обещает превратить его в золото.
— Спасибо, Туарег, но я на это не согласен. — Я попытался встать, но предательские ноги не слушались. — Я как-нибудь сам разыщу и ирландца, и Ранджита.
— Погоди, — сказал он. — Прости, я снова устроил тебе проверку. Но теперь все, больше никаких экспериментов. Хочешь ознакомиться с моими выводами о нашей сегодняшней встрече?
— Я на твои эксперименты согласия не давал.
— Да, разумеется, — рассмеялся он и снова усадил меня на ковер. — Прошу тебя, останься, выпей со мной чая.
Юноши внесли еще один чайник.
— Прости меня, — попросил Туарег. — Даруй мне свое прощение, иначе мне придется целый год самоанализом заниматься.
— Я тебя прощаю.
— Как-то неубедительно. Ты и впрямь меня прощаешь?
— Послушай, ну как еще я могу даровать тебе прощение?!
— А вот это уже лучше, — сказал он. — Спасибо. Что ж, перейдем непосредственно к делу, больше никаких проверок. Так вот, я готов заплатить немалые деньги за возможность лично побеседовать с Ранджитом Чудри.
— Весьма привлекательное предложение, но...
— Ранджит нанес страшное оскорбление двум девушкам из очень уважаемых семейств. Родственники готовы заплатить любые деньги за...
— Нет, спасибо.
