Тень горы полностью

— Ну раздавленным, никаким. Елена была где-то у соседей, а Ирина в это время забралась голая ко мне в постель.

— Великолепно! — восхитился Дидье.

— Абсолютная темнота, шторы задернуты наглухо, — продолжал Олег. — Запах точно такой же, как у Елены. И на ощупь она была такая же.

— Она поцеловала тебя? — спросил Дидье, крупный специалист по судебному разбирательству половых преступлений.

— Нет. И ничего не говорила.

— Ну конечно. Она не хотела выдать себя. Сообразительная девушка.

— В это время вернулась Елена, включила свет и увидела, чем мы занимаемся.

— Да, тут уж объясняться было бесполезно, — заметил я.

— Она выгнала меня из моей собственной квартиры, — сказал Олег. — Думаю, это незаконно. Я до сих пор плачу отсюда за нее. А ее папаша грозился упрятать меня за решетку и разлучить с женщиной, которую я люблю.

— Вряд ли Елена после этого считала, что ты ее так уж сильно любишь.

— Я имею в виду Ирину. Хоть я был пьян в дым, я сразу почувствовал, что секс с Ириной — это лучшее, что случалось со мною в жизни. Она была прямо как помешанная, но все делала как надо. Я втюрился в нее, и это до сих пор не проходит.

— Прекрасно! — улыбнулся Дидье. — А что было дальше?

— Мне удалось передать Ирине записку, в которой я просил ее бежать со мной. Она была согласна, мы договорились встретиться в полночь на Павелецком вокзале. Но она рассказала о наших планах Елене, и та пришла ко мне, чтобы уговорить меня не брать с собой Ирину. Я отказался. Когда мы встретились с Ириной на вокзале, чтобы вместе бежать, она спросила меня, уверен ли я, что люблю ее, а не ее сестру.

Он помолчал, пытаясь восстановить в памяти ход событий.

— Ну? — подтолкнул его Дидье, нетерпеливо пристукнув ногой по полу. — И что дальше?

— Затем она спросила, почему я так уверен, что люблю именно ее. Вам, наверное, знаком такой момент, когда женщина хочет, чтобы вы сказали ей всю правду до конца. И вы, я думаю, прекрасно понимаете, что этого ни в коем случае нельзя делать?

— Да, — подтвердили мы оба.

— Так вот, я сказал ей правду.

— Всю, без утайки? — спросил я.

— Я сказал ей, что люблю ее и в этом нет никакого сомнения, поскольку специально для того, чтобы убедиться в этом, я переспал с Еленой еще раз, когда она приходила ко мне за два часа до этого. И я не получил практически никакого удовольствия. Это подтверждало, что мне действительно нужна Ирина и что мне это не просто показалось из-за того, что я был тогда косой.

— Вот черт! — посочувствовал я.

— Merde[85], — согласился Дидье.

— Она со всего размаха ударила меня по щеке, — сказал Олег.

— Мне тоже хочется ударить тебя со всего размаха, — отозвался Дидье. — Говорить женщине неприкрашенную правду — это позор.

— Ты сам вырыл себе могилу, Олег, — усмехнулся я. — И что, ни одна из них не простила тебя?

— Их отец нанял профессиональных негодяев, чтобы разделаться со мной. Мне пришлось срочно бежать.

— Да, это серьезно, — сказал я. — Сам виноват, нечего было связываться с коповскими дочерьми. — Я обратился к Дидье, который развалился в кресле, скрестив ноги и подперев рукой подбородок: — Что посоветуешь?

— Дидье нашел решение, — объявил он. — Ты, Олег, должен в течение двух недель носить под рубашкой две футболки, в каких любят ходить работяги. Все это время нельзя мыть голову шампунем, мыло нельзя употреблять, умываться только чистой водой. Никаких одеколонов, дезодорантов и тому подобного. Не обнимайся с людьми, употребляющими пахучие средства. Не стирай рубашку и футболки.

— Зачем это все? — спросил Олег.

— А затем, что после этого ты отправишь по одной футболке каждой из двойняшек, приписав всего два слова: «“Леопольд”, Бомбей».

— И что потом?

— Потом ты раздашь фотографии Ирины официантам в «Леопольде» и предложишь вознаграждение тому, кто узнает ее и сообщит об этом тебе.

— Думаешь, она приедет? С какой стати?

Он улыбался с таким же мечтательным выражением, какое было на лицах учеников Идриса, слушавших его на горе.

— Запах, — улыбнулся в ответ Дидье. — Если она предназначена тебе, то сила твоего запаха притянет ее к тебе, заставит отправиться в феромонное паломничество. Но это только в том случае, если вы действительно созданы друг для друга.

— Вау, Дидье! — воскликнул Олег, потирая руки. — Надо приступить к этому не откладывая.

Он вскочил, вытащил из шкафа мою футболку и натянул ее поверх моей футболки, которая уже была на нем.

— А почему надо раздавать фотографии Ирины, а не Елены или не обеих сестер? — спросил я Дидье.

— Ну ты что, прослушал самое главное? — нахмурился Дидье. — Все дело в сексе. Ирина — та же Елена, только ее ничто не сдерживает.

— Точно, ты правильно понял, — сказал Олег, разглаживая на себе футболку.