Дэймос Рэддок ничего не ответил. Он был уже мёртв. У меня тоже не нашлось слов. Я не могла даже вдохнуть от потрясения. Убийца обернулся ко мне. Всем корпусом, точь в точь как в бою. Я попятилась.
— Что? Ты думала, нам нужен свидетель? Крылышки свои отряхни, грязь налипла, — он подхватил с полки кусок ветоши, которым архивариус наверняка смахивал пыль, и вытер алые полосы с лезвия ножа и кисть правой руки, красную от крови. Сунул большой нож за пояс, вытащил застрявший в стеллаже короткий метательный. Подтолкнул меня в спину, мол, шевелись. — Неплохо ты выступила, а? Даже я поверил, что передо мной Эсстель, только грязная, как свинья. — Я все еще не могла прийти в себя, поэтому получила новый тычок по ребрам, на этот раз ощутимее. — Не стой как дерево в лесу, нужно догнать твою сестру и магистра и отбить их, если попались. Чую, что попались, зяблики, недаром с этой стороны больше не стучат.
Трясь! Сквозь дверное полотно прошел загнутый кончик пожарного топора. Дернулся и исчез, чтобы спустя секунду вновь вонзиться в дверь — уже глубже и основательнее.
— Вообще-то стучат, — растерянно прокомментировала я.
Волк попросил пошевеливаться и поменьше болтать. У нас оставался только один путь наружу, но мы оба прекрасно понимали, что и там нас ждут. Мышеловка захлопнулась.
Средний город. Четвертый день весны
Четверо гвардейцев ждали нашего появления во внутреннем дворике, выстроившись широким полукругом. Противогазовые маски с выпуклыми линзами делали их похожими на огромных черных рыб. Люди с круглыми стеклянными глазами выглядели жутко, будто головы Неспящих надели на человеческие тела. Две черные самоходные кареты были припаркованы так, чтобы загородить выход из двора. Я искала глазами Эсстель, архивариуса и Терри. Их не было видно.
Каждый из гвардейцев держал в кулаке по склянке с атакующим зельем. Я знала примерную схему, по которой в нас полетят зелья, поэтому задерживаться на крыльце не собиралась. Душный парализующий газ — та ещё дрянь!
Волк вышел вперед, закрывая меня широким плечом. Спустился по скрипучим ступеням.
— Потанцуем? — процедил он сквозь зубы.
— Колпи! — голос из-под маски десятника с шестиконечной звездой на мундире звучал гнусаво и смешно.
Подчиняясь приказу, самый высокий гвардеец швырнул сразу две банки. Не дожидаясь, пока стекло разобьется о стену, Волк отпрянул в сторону, пригнулся. Не разгибаясь, добежал до ближайшей самоходки, спрятался за колесом. Я успела увидеть, как он расстегивает и заворачивает манжет рубашки и двумя пальцами вытягивает из-под него что-то, а потом мне стало не до того. Я перемахнула через перила высокого крыльца, но при этом неосторожно вдохнула полной грудью. Неловко приземлившись, ушла в кувырок, ушибла правое плечо, потом голову и подняться уже не смогла. Головокружение и внезапная сокрушительная слабость мешали собраться и действовать решительнее. Глаза заслезились. Я протерла их кулаком, стало только хуже. Я ощущала мир отстранённо, будто наблюдала за происходящим через толстое дымчатое стекло. Гвардейцы и арест уже не пугали, желания подниматься с земли, на которой так уютно сиделось, не было.
— Дариуш! Это Древние! Где ловчая сеть? — простуженным голосом рявкнул десятник, повернул страшную маску к тому, кто стоял рядом с ним.
— Так ведь на прошлую группу потратили, шеф! — виновато прогнусавил второй.
Я сдавленно захихикала, заталкивая смех обратно в рот обеими руками. Мне показалось очень смешным, что они ещё не понимают, что Тень нельзя поймать сетью.
Тяжелый газ проник в лёгкие. Я задохнулась и мучительно, до слёз, закашлялась, против воли стянула шарф с лица, в тщетной попытке восполнить недостаток свежего воздуха. Головой понимала, что надо наоборот, зажимать нос и рот, но ничего не могла с собой поделать: даже без участия Тени тело могло действовать в обход разума. Я захлёбывалась испарениями шипящего магического зелья, как моряк захлёбывается солёной водой.
«
«Иди ты в Бездну», — безжалостный кашель душил меня, даже связное ругательство по случаю не успевала придумать между приступами. Жгучие слезы склеили ресницы, а кашель и не думал заканчиваться. Так, на четвереньках, я поползла вперёд, стремясь покинуть зону, отравленную магическим зельем.
«Будь проклята эта магия! Будь прокляты все магистры и «научные разработки»!
Я не поняла, в какой момент Волк оказался рядом. Жёлтые глаза окончательно утратили человеческое выражение. На меня смотрел хищный зверь, готовый отгрызть себе ногу, лишь бы освободиться из капкана. А я, видимо, задерживала его.
