— Признаться, я сам не верил. Но это статьи «Королевского вестника», написанные вашими коллегами. И одна из них даже принадлежит вашему перу, господин Бродэк, узнаете?
Матьяс Бродэк поставил локти на столешницу и беззвучно зашевелил губами, читая заголовки. Мне стало интересно, о каких статьях говорил князь Алишер, и я, не удержавшись, решила подойти поближе. Не тут-то было.
— Волк! Пусть она держится от меня подальше, — колючим голосом попросил князь.
Волк со вздохом встал и, приобняв меня за плечи, отвел назад и усадил на место. Сам сел рядом, но руку с плеч не убрал. Она была такая тяжелая, что долго я терпеть не смогла. Вывернулась ужом и показательно отодвинулась подальше. Вытянула шею, чтобы прочитать заголовки. «Безутешная мать ищет сына», «Ушел на работу и не вернулся молодой помощник судьи», «Девица из хорошей семьи пропала без вести» и другие в таком же духе.
— Какая связь между убийством Энре и этими похищениями? — искатель почесал магическим пером переносицу и коротко зевнул.
Заметив, что Алишер состроил гневную гримасу, газетчик торопливо извинился, объясняя свою неуместную сонливость ранним подъёмом и тяжелым днем. Князь извинения принял, но продолжал молча негодовать. Его длинный палец постучал по снимку, на котором была запечатлена благородная девица.
— Самая прямая. Вы, искатели, не заметили, что пропавшие люди были носителями Древней крови? Вы сами писали об этом в разделе с приметами.
— Послушайте. Вы, может, не в курсе, но с тех пор, как в Акато-Риору прописалась Ночная гильдия, людей стали убивать чуть ли не ежедневно. И Древней крови, и Новой — все равно! — искатель неосторожно взял чересчур громкий тон и тут же перешел на шепот, после того как с опаской оглянулся на молчаливых убийц, все еще охраняющих «гостей Старого Лиса» в садовом домике. — Не нужно быть великим сыщиком, чтобы расследовать эти похищения. Искателей волнует другой вопрос…
— Кому выгодна эта ситуация, — закончил за него Братоубийца.
Некоторое время они молча смотрели друг на друга. Я бы не удивилась, если бы от силы их взглядов начал потрескивать воздух между ними.
— Может, вам, Ваша светлость? — Матьяс Бродэк окончательно снял все маски и смотрел на собеседника как настоящий искатель: проницательно и без малейшего страха.
— Отчасти, — не стал спорить Алишер. Он поднял ладони вверх, показывая, что не собирается опровергать обвинение, — Эриен не может удержать в руках то, что давно прогнило и расползается. Мне выгодно, чтобы он проиграл, вы совершенно правы. Я двадцать лет скрываюсь от охотников за головами. Я устал от вечного преследования. Вы можете представить себе, господин Бродэк, что вам приходится ждать смертельной ловушки каждый день и час вашей жизни? Что вы не можете позволить себе завести друзей или семью, даже кота, забери его демон! Потому что знаете, что вам придется потерять их — рано или поздно? — сдерживаемые эмоции прорвались наружу и князь что было силы ударил кулаком по столешнице, расплескав отравленный чай. Я вздрогнула, услышав знакомые нотки королевского безумия.
— Вы хотите сказать, что расплата за преступление оказалась слишком тяжела? — искатель даже не потрудился изобразить сочувствие, хотя для меня, например, услышанное стало потрясением.
Мне не нужно было объяснять, как себя чувствовал принц в изгнании. Оказывается, в том, чтобы быть подделкой, есть преимущества. Меня, можно сказать, хозяева до сих пор берегут. По-своему. Охотников за головами уж точно по следам не отправляют. Пока что.
— Расплата за преступление… — не договорив, князь закрыл лицо ладонью. — Как красиво вы излагаете, господин Бродэк. Сразу видно, умеете метким словом жечь сердца людей. Ведь так говорят в народе о вашей братии? — он раздвинул пальцы так, чтобы выглянуть из-под них с поистине лисьим выражением на лице. — Вы правы, слишком тяжела оказалась расплата за то, что я оказался свидетелем преступления и не сразу понял, что меня подставили. Все выглядело так, будто это моя вина. Я сам поверил. Но потом я встретил моего друга, — князь кивнул на Волка, — который задал мне все тот же сакраментальный вопрос: «Кто выиграл от того, что страна лишилась старшего и младшего принца?»
Искатель поднял брови в показном удивлении.
— Неужто средний брат? Глава дипломатического ведомства, который готовился к свадьбе и был вынужден отложить ее на пару лет из-за траура? Какой хитрый план: подставить всех, и себе насолить так, чтобы мало не показалось! Вот только Эриен на такое не способен. Он показал себя слабым стратегом и неуверенным правителем, поэтому страна пребывает в таком раздрае сейчас.
— Неужели не способен? Очень даже похоже на моего брата: наворотить дел, а потом уже разгребать, попутно пытаясь найти того, на кого можно свалить если не всю вину, так хоть часть, — усмехнулся князь Алишер, прикусывая крепкими белыми зубами мундштук. — Однажды он разбил любимую вазу матушки, очень древнюю и ценную, а наказали меня.
