День прошел бесполезно. Швабра, как про себя назвал любовницу Фабио Романов, в миру Кузнецова Полина Николаевна, наотрез отказалась встретиться. Когда Романов через пару часов вновь позвонил ей, ее телефон был недоступен для его номера. Информация, которую Ружинский сбросил о Швабре, не давала ничего интересного, за исключением того, что она была замечена в употреблении наркотиков. Это означало, что здесь, в Питере, она имела связь с наркоторговцами, среди которых мог быть и тот, кто подсадил на иглу молодого Аньелли. Контакты Швабры, которые выявил Ружинский, точнее, его источник информации, мало о чем говорили. Дед Романова по материнской линии был моряком. И часто цитировал старую морскую поговорку: «Когда обстановка неясна, ложись спать». Романов решил последовать совету моряков, тем более что его клонило в сон. Он направился в гостиницу и лег спать.
Будильник прозвенел ровно в 18.30. Романов умылся, оделся и вышел из гостиницы. Ровно в 18.50 он сидел за столиком в ресторане «Палкин». Местечко было приятное и оригинальное. Несколько залов, оформленных в классическом стиле. Метрдотель, одетый в безукоризненный костюм, белую сорочку и в галстуке-бабочке, встречал любого гостя у входа в зал. Приятная музыка. Именно тот классический джаз, который любил Василий Ильич.
– Что есть выпить? – спросил Романов молодого приветливого парня, который сразу же подошел к его столику.
Что угодно, – улыбнулся официант.
– Граппа есть?
– Шесть сортов.
– Австрийский шнапс?
– Пять сортов.
– Неужели и фернет есть? Его можно заказать только в гостинице «Астория» и в баре «Арка».
– Вам какой? Фернет бранка или бранка менте? – улыбнулся парень.
– Принесите фернет бранка и эспрессо.
Потягивая фернет с кофе, Романов посматривал на вход, ожидая, когда в ресторан войдет тот, кого он ждал. Сергей Николаевич вошел ровно в 19.00 и сразу направился к столику Романова. Тот встал и протянул руку:
– Романов Василий Ильич.
– Прилепин Сергей Николаевич.
Полминуты ушло на изучение друг друга. Острый, внимательный взгляд Прилепина столкнулся с приветливым и добродушным взглядом Романова. «Фантасты, которые писали о приборах, способных считывать мысли людей, – вспомнил Романов наставления отца, – не подозревали, что такой прибор создала природа одновременно с человеком. Это его лицо. Когда обсуждаешь важный вопрос, не забывай следить за лицом. Но старайся этого не показывать. Для этого изобрази радушие и понимание во взгляде». Судя по всему, оба остались результатами изучения довольны.
– Я вас слушаю, – сказал Прилепин, проведя рукой по ежику седых волос.
– Мне рекомендовали именно вас, – сказал Романов, – несмотря на то, что у вас не детективное агентство, а охранное предприятие.
Прилепин ничего не ответил, что означало возможность сотрудничества не только на ниве охранных услуг. Романов начал излагать суть вопроса. Взгляд Прилепина потерял остроту, стал каким-то отсутствующим и оживился только при слове «наркотики».
– Где работал ваш итальянец? С кем общался?
– Этого я не знаю. Вот и приехал узнать.
– Но хоть кого-нибудь вы знаете?
– Только его любовницу.
Романов достал смартфон, вошел в почту и нашел материал на Швабру, который прислал, пока он спал в гостинице, Ружинский. По мере чтения его лицо приобретало выражение фаната-рыбака, который подцепил на крючок здоровенную рыбину.
– Здесь говорится, что среди ее контактов есть некто Королев Дмитрий Николаевич. Депутат Законодательного собрания. Откуда информация?
– Если честно, не знаю. Получил ее час назад от своего зама. У него источник информации в правоохранительных органах во всех мегаполисах. В том числе и в вашем. А что, это так важно?
– Это необходимо.
– Минутку.
Романов взял смартфон и набрал номер: «Приветствую, Виктор Константинович!» Разговор был недолгим.
Романов спрятал смартфон в карман:
– Соседи. То есть ФСБ, как их называют грушники.
– Хорошо. Эту путану ФСБ могло пасти только в связи с вашим итальянцем. Вы уверены, что он не был связан со спецслужбами Италии или какой-нибудь другой страны?
– Такой уверенности у меня нет, но логика подсказывает, что не был. Ну, подумайте сами, зачем единственному наследнику многомиллионного состояния связываться со спецслужбой? Чтобы получать зарплату?
– Не обязательно. Скажем, его поймали на чем-то и с помощью компромата заставили сотрудничать.
– Во-первых, нет смысла. Какую пользу может принести спецслужбе работник банка? Во-вторых, это не та семья, которую можно шантажировать. Представьте, что какой-нибудь ретивый фээсбэшник нарыл компромат на сына Сечина и попробовал его завербовать. Да он уже на другой день был бы безработным. А то и в тюрьму бы загремел. Полагаете, что неприкасаемые есть только у нас? Нет. В любой стране. Ха-ха-ха. Неприкасаемых не было только в СССР и только при Сталине. Поэтому, видимо, страна так интенсивно развивалась.
– Итак, у нас есть только одна зацепочка. Путана. Попробуем ее раскрутить.
– Бесполезно. На контакт не идет. Даже встретиться отказалась. Телефон мой внесла в черный список.
