– Пока жив был ее отец, никто, кроме Диармида Читтока, не посмел бы взглянуть на нее, а тем паче заговорить с ней. Хотела бы я посмотреть на такого смельчака! Даже если бы у нее и был кто-нибудь на примете, кому, скажите на милость, придет в голову связаться с ней после ее выкрутасов? Нет, она упустила свой шанс – редкостный шанс! – и другого уже не будет. Придется ей худо-бедно и дальше самой справляться с жизнью. Мне искренне жаль ее, но она не желала слушаться добрых советов. Как, уже уходите, мистер Дансон? И брата моего не дождетесь? Куда же вы, погодите, он придет с минуты на минуту.
Нет-нет, мистер Дансон премного благодарен, но ему пора возвращаться домой. Собственно, он заглянул проститься, поскольку намерен отправиться в поход по Коннемаре. Давно хотел побывать в этой части Ирландии. Возможно, он несколько расширит программу и включит в нее Килларни и Золотые горы.
«Как видно, Блэкстонский замок уже наскучил ему, – решила мисс Хит, глядя вслед мистеру Дансону, поспешающему в сторону усадьбы. – Что ж, вполне естественно – удивляться тут нечему».
Мода переменчива, однако далеко не в той степени, как представляется многим. На смену живописным сандалиям пришли крепкие походные башмаки, а ладный рюкзак несравнимо удобнее сумы пилигрима. Но по большому счету современный турист с художественной точки зрения являет собой всего лишь улучшенную копию длиннобородого, не особенно чистоплотного и зачастую крайне ленивого странника, который в прежние времена перебивался тем, что вечно бездельничал во славу Божию.
Та же самая непоседливость, побуждавшая богомольца тащиться в пустынные земли и устраивать себе подобие дома среди древних гробниц, ныне влечет его смышленого, хорошо тренированного и экипированного, намного более благополучного последователя лазить по горам, грести против течения, переплывать океаны и добровольно жить в чужих краях.
Одним словом, в наши дни людей точно так же тянет бродить по свету, как и девятнадцать столетий назад или еще того раньше, когда – почти сорок веков назад! – праотец Авраам «сидел при входе в шатер, во время зноя дневного».
Это извечное свойство человеческой натуры взыграло в мистере Дансоне и заставило объявить мисс Хит, что он отправляется в поход по Коннемаре, хотя ни о чем подобном он не помышлял до той минуты, пока сестра приходского священника, устами которой гласило местное общество, едва не вывела его из себя своими умозаключениями касательно Уны Ростерн.
Он понял, что ему невыносимо слушать, как деревенские сплетники судачат о возлюбленной Читтока, и тем более невыносимо два долгих месяца бездействовать в ожидании ближайшего случая представиться матушке мисс Ростерн.
Мистер Дансон решил куда-нибудь уехать – и уехал. Одетый в практичный фризовый костюм, обутый в походные башмаки, имея достаточно денег в кармане, он пешком прошел из Каслбара в Голуэй – не кратчайшим путем, а зигзагами, чтобы не пропустить ни одной достопримечательности. Потом сел на поезд до Дублина и оттуда вернулся в Блэкстон, впрочем ненадолго. Очень скоро мистер Дансон удостоверился, что там все по-прежнему и Время, по своему обыкновению, сидит сложа крылья на скале, размышляя, быть может, о загадочном исчезновении мистера Ростерна, но, скорее всего, просто сидит, ни о чем не размышляя.
Выяснив все, что хотел, мистер Дансон вновь уехал – сперва в Дублин, где, купив по случаю «Дом у кладбища» Ле Фаню, вдоль и поперек исходил Чейплизод, место действия романа. И все время, пока он там бродил, его не оставляло тягостное чувство, что невесту Читтока постигла участь бедной Лилиас. Далее его путь пролегал через несправедливо обойденное вниманием графство Уиклоу, а после мистер Дансон отдал должное знаменитым красотам Килларни. Оттуда он направил свои неуемные стопы к Золотым горам и лишь затем возвратился к блэкстонским прибрежным скалам, о которые в бешенстве бьются волны, выплескивая на камень фонтаны брызг и пены. Огромные черно-зеленые океанские валы, увенчанные белыми гребнями, словно бы припорошенные снегом, один за другим рвутся вперед к своей неизбежной судьбе с непреклонностью идущих в атаку полков. За их упорным самоуничтожением скорбно наблюдает с высоты серое небо.
«Что может быть величественнее этой картины! – думал мистер Дансон, пока шел по верхней тропе вдоль полосы прибоя и обозревал грандиозную панораму. – Какая изумительная страна, какой бесподобный край!»
Настроение у него было превосходное – в таком настроении он восхитился бы и более скромным видом.
Масто вернулись в Форт-Клойн, и глава семьи первым делом поспешил в Блэкстонский замок засвидетельствовать свое почтение новому соседу-арендатору, а заодно и позвать его к себе на недельку, пока вся компания в сборе.
