Тень на жатве полностью

Я чувствую, как взгляд Ашена останавливается на мне, но не поворачиваюсь. Продолжаю читать, размышляя о истории, словно пытаясь найти в ней ответы. Ищу знакомые фамилии. Ищу тех, кого в этом списке нет, и надеюсь, что они хорошо спрятались. Пытаюсь найти хоть что-то общее между мной и этими двумя, которых забрали, но ничего не вижу. Никаких зацепок.

— Где ты в этом списке, Лу? Ты здесь? — спрашивает Ашен, его голос тих и глубок, словно эхо из темной бездны.

Оборачиваюсь в его сторону и обратно к камню. Ашен делает шаг вперед, но не загораживает мне обзор. Чувствую исходящее от него тепло. Не смотрю ему в глаза, продолжаю буравить взглядом список, чтобы впечатать его в память.

— Ты знала Зару или Арне?

Я качаю головой.

— К какому поколению ты принадлежишь, Лу?

Я не двигаюсь, не отвечаю. Смотрю сквозь первые два поколения, идущие от моих сестер и меня. Почти все уничтожены, кроме Валентины и вампира, которого я создала в Риме, – Кассиана Аньелло. Я готова поспорить, что они в такой же опасности, как и я.

— Лу… — настаивает Ашен, приближаясь. Но я продолжаю рассматривать мрамор, перечитывая имена, словно это что-то изменит. — Кто тебя создал?

Я снова качаю головой. И это правда: я не знаю, кто меня создал. Я не помню родителей. Не помню ничего, кроме пробуждения на острове, на песке у моря. Словно меня вынесло на берег, и я всегда была такой, какая есть.

— Ты владеешь магией, чего не могут большинство вампиров. Эта способность почти исчезла в более поздних поколениях. Тебя, видимо, создали много лет назад, когда еще были живы первородные вампиры. Ты первое или второе поколение? Третье?

Черт побери, он играет в детектива.

Я наконец-то смотрю на Ашена. Взгляд у меня злой, и я стараюсь спрятать под ним страх. Кажется, он именно его в моих глазах, пытается вытянуть наружу.

— Можешь мне сказать. Я в неоплатном долгу перед тобой, Лу. Это больше, чем просто заклинание, которое ты на меня наложила. Ты спасла меня от вечной смерти, даже после того, как я отказался защищать тебя в нашей первой битве. — Ашен делает еще один шаг, сокращая дистанцию, но останавливается, стараясь не вызвать подозрений, если кто-нибудь нас увидит.

Я прищуриваюсь и наклоняю голову, внимательно изучая его. Резким движением достаю блокнот, словно снимаю доспехи посреди битвы.

«Но ты защитил меня в том бою. Помог, когда меня укусили. Почему?»

Взгляд Ашена скользит к моей руке, где не осталось и следа от укуса.

— Ты была ранена.

«Это не объяснение», — пишу я.

Мы застыли, как две статуи, перед каменной плитой с именами. Жнец и Вампир. Последняя из древних сирен, основательница рода. Каратель, который казнит меня, если узнает правду. И все же сейчас кажется, что мы просто мужчина и женщина, пытающиеся разобраться друг в друге.

Я подношу запись к его лицу. «Это не объяснение». Жду ответа, подавляя любые намеки на надежду.

— Я не знаю, — произносит Ашен. Но в глубине его глаз, за пеленой сдержанности, вспыхивает слабый огонек, опровергающий его слова. Он сокращает расстояние между нами. Его взгляд касается меня, словно ласковое пламя. Я почти ощущаю его жар. — Но я серьезно: я не позволю, чтобы тебе причинили вред.

Он делает еще один шаг, сокращая и без того крошечное расстояние между нами. Если кто-то нас увидит, вопросов не избежать.

— Скажи мне, где твое место в этом списке, Лу. Помоги мне понять, что я упускаю, — просит Ашен. Он поднимает руку и осторожно убирает прядь волос с моего плеча. Его движения медленные, взгляд прикован ко мне. — Ты можешь мне доверять.

Черт возьми.

Если я и вынесла что-то из своих прожитых пяти тысяч лет, так это то, что:

Ничего хорошего слова «Ты можешь мне доверять» не приносят.

Я внимательно изучаю его лицо. Он похож на прекрасного морского хищника, заманивающего жертв в темные глубины обещаниями, которые никогда не сдержит. Приди на зов маяка в черной воде. Останься, чтобы принять смертельный укус.

Я пристально смотрю на него, а затем снова поворачиваюсь к блокноту.

«Где гибрид?» — пишу я и поворачиваю записку к нему. Он хмурится, читая вопрос.

— Здесь, в Царстве Теней. В здании под названием Халба, возле Дома Ушзу.

Я в последний раз смотрю на список на стене. На себя и своих сестер, увековеченных лишь в виде имен, высеченных в камне. Делаю шаг назад от Жнеца и с силой вожу ручкой по бумаге.

«Я не знаю, кто меня создал. Знаю только, что мое место среди первых. И мне все равно, кто ты и из какого Царства, я не собираюсь давать тебе еще одно имя для твоего списка жатвы. Позволь мне стать тенью в твоей жатве, и я сочту долг уплаченным».