Сардарлионар из дома Эдан был старшим по рангу из присутствовавших сейчас в зале — ему оставалось служить в отряде лишь девять лет. По традиции, в составе Золотого Листа должен был быть мастер клинка, владеющий Эл’Сэдэрал — стилем, совмещающим акробатику и фехтовальные навыки, — но Сардарлионар освоил особенно редкую ветвь этого стиля — Эл’дэрал’нагил, что сделало его известным далеко за пределами Золотого Листа и Линтанира.
Бэлилманд из дома Клиада служил в отряде уже пятнадцать лет — немногим меньше Сардарлионара. Известный больше за свою красоту, чем за навыки фехтовальщика, он впервые женился, когда ему было всего восемьдесят семь лет, и с тех пор сменил уже двух жен. Руководство отряда не одобряло столь аморального поведения, но с тем, что Белилманд владел Нэвада — эльфийским мечом с цепью — лучше всех в Линтанире, ничего нельзя было поделать.
Амиорион из дома Тессен вступил в отряд лишь недавно. Лучники, владеющие Слепой Охотой, — редкость даже для Линтанира, и, стоило одному такому покинуть отряд, как гонцы отправлялись в земли каждого из благородных домов в поисках преемника. Два года назад они отобрали четверых кандидатов, из которых Амиорион оказался самым лучшим, хотя и попал в мишень (со ста шагов и с завязанными глазами, как велела традиция) лишь с третьей попытки.
Следопыт, в обязательном порядке входивший в состав Золотого Листа (какой прок от самого сильного на земле отряда, если он неспособен отыскать поле боя?), обладал достаточно стандартными для эльфийского рейнджера навыками, поэтому требования к кандидатам были ниже всего — и тем более ожесточенной была конкуренция среди них. Ныне пост следопыта занимал Хирион из дома Ландель.
Урорфилдор, также из дома Ландель, смотрелся непривычно без своего коня, даже когда сидел за столом. Традиции требовали, чтобы кавалерист Золотого Листа искусно стрелял с седла, но навыки Урорфилдора в этой области были весьма посредственными. Однако в остальном он был безупречным наездником, и это убедило арбитров принять его в отряд.
Эовимбор из дома Селлен прибыл из далекого Весмира, чтобы вступить в Золотой Лист. Ему было непросто доказать, что эльф из весмирского рода достоин стать членом элитного линтанирского отряда, но его волшебный скакун, в седле которого мог удержаться лишь он один, и навыки мечника сделали свое дело.
Анил’Гавин, друид из дома Эдан, был молод для своего поста. Несмотря на то, что воины эльфов обычно вступали в Золотой Лист в сто двадцать пять лет — после двадцати пяти лет безупречной службы в отрядах попроще — в друидах более всего ценились мудрость и опыт, и в Золотой Лист обычно принимали тех, кто получил древесную ветвь не менее полувека назад. Но в случае с Анил’Гавином это требование было выполнено… единственный и неповторимый, он стал друидом, когда ему было пятьдесят, и вступил в Золотой Лист в день своего столетия.
Фолиндэ из дома Амарил была полной противоположностью Анил’Гавина. Зрелая трехсотлетняя женщина, мать пятерых детей, она вступила в Золотой Лист лишь похоронив и оплакав своего горячо любимого супруга. Ее присутствие заставляло молодых эльфов вести себя сдержанно, а не ходить колесом, как им, возможно, хотелось — друид могла запросто отодрать за уши любого из юношей, каждый из которых был младше младшего из ее сыновей.
Юная Гадриэклия из дома Финдэн с избытком компенсировала недостаток жизнерадостности и беззаботности у Фолиндэ. Пятнадцати лет службы в рядах Снежной Стражи хватило ей, чтобы доказать, что, после полулегендарной Мелодии, она — самая искусная чародейка в доме Финдэн. В итоге девушку перевели в Золотой Лист, где она служила уже полтора десятилетия — лишь на год меньше, чем Сардарлионар.
Последней за столом была Вовиен из дома Клиада. Все время старательная и сосредоточенная, она постоянно извинялась перед остальными членами отряда за аморальное поведение своего брата Бэлилманда, как будто это была ее вина. Сардарлионару порой хотелось отвесить ее распутному братцу хорошего пинка, чтобы он прекратил доставлять неприятности своей порядочной сестре, но он каждый раз вспоминал горячие поцелуи Кейтии и думал, что у него нет морального права осуждать Белилманда.
