За столом оставалось еще два свободных места — отсутствовал командир отряда, лорд Ломадриэриль, а лучник Сорфинд недавно закончил службу и вышел в отставку. До последнего момента было неясно, успеет ли Ка’лиан подыскать замену Сорфинду к началу очередного сбора отряда. Вероятно, командующий и сейчас отсутствовал именно по этой причине. Эльфы успели поделиться новостями, обсудить все последние события, и начали скучать. Бэлилманд сделал Гадриэклии уже седьмое за последние пятнадцать лет неприличное предложение и в седьмой раз получил решительный отказ. Вовиен снова начала извиняться за брата, а Фолиндэ — выговаривать распутному эльфу. Эовимбор и Урорфилдор обсуждали корм для лошадей, а Анил’Гавин и Хирион — какую-то техническую новинку, которую разведчики видели у солдат-гномов. Тихо сидели лишь Амиорион, который еще недостаточно освоился в отряде и побаивался старших товарищей, и Сардарлионар, мысли которого занимала Кейтия.
Наконец, в зале появился лорд Ломадриэриль. В отличие от остальных членов отряда, командующие избираются пожизненно — не странно, что он был старше остальных присутствующих. Ломадриэриль из дома Фэа был четвертым командующим Золотого Листа. Унаследовав пост от злосчастного лорда Норфилдора, командование которого длилось всего сорок дней, он занимал это место уже сто восемьдесят лет.
Командующего сопровождал еще один эльф, которого никто из сидящих за столом ранее не встречал.
— Ара-охтари эт Малин Лассэ! - возвестил командующий, когда разговоры стихли и эльфы поднялись из-за стола, приветствуя своего командира. - Эссэрья Исандир Вандир эт Феа араноссэ, а сэ силумэ туву’номэ Пилин Вала эт Малин Лассэ. (эльф. «Благородные воины Золотого Листа! Представляю вам Исандира из дома Фэа, который займет в Золотом Листе пост Стрелы Богов.»)
Стрелой Богов назывался особый выстрел, совершаемый по тщательно просчитанной траектории и поражающий врага, находящегося за препятствием. Опытные снайперы эльфов могли пронзить стрелой сердце стоящего за углом противника, видя лишь отбрасываемую им тень, и традиции Золотого Листа требовали, чтобы в отряде состоял стрелок, способный выполнить этот прием.
Тот, кого назвали Исандиром, выступил вперед и поклонился.
— Алассэмма суйлие элье, ара’охтари эт Малин Лассэ. Лавэ инье на’минэ’эт’эльехоссе — сина алта эстел ан инье а носсэма. (эльф. «Приветствую вас, благородные воины Золотого Листа. То, что мне было позволено вступить в ваши ряды — великая честь для меня и всего моего дома.»)
Хотя эти слова звучали, как обычная вежливость, все действительно было именно так, как он сказал. Дом Феа был малочисленным небогатым домом, земли которого находились в самой северной части Линтанирского леса. Далеко не каждое поколение воинам этого дома удавалось попасть в Золотой Лист, и то, что теперь в составе элитного отряда было сразу два члена дома Феа, и один из них — командующий, действительно было великой честью и удивительным совпадением… и Сардарлионар даже на минуту призадумался совпадением ли — в Исандире не было совершенно ничего необычного, он был именно такого возраста, в котором обычно вступают в Золотой Лист, у него было два глаза, две руки, две ноги, светлые волосы, серые глаза и острые уши — но в Золотом Листе такой набор заурядных качеств уже был поводом для раздумий… Витязь отогнал ненужные мысли и перевел все внимание на начинающееся совещание. Исандир уселся на место, которое теперь принадлежало ему, и далее события развивались так же, как и на прошлых семи собраниях Золотого Листа, на которых Сардарлионару доводилось бывать — командующий подошел к карте и начал рассказывать об изменениях, которые произошли на границах Линтанира в эти два года…
Внезапно привычный ход доклада был нарушен — в зал вошел запыхавшийся гонец и подал лорду Ломадриэрилю конверт с письмом. Пробежав послание глазами, командующий повернулся спиной к карте и лицом к подчиненным.
