Как она и предполагала, Анаконде даже в голову не пришло отступить — окинув дополнительных противников стремительным взглядом, она нашла то, что искала. Во мгновение ока оркша поднырнула под стрелы лучников, оббежала мечников и оказалась рядом с высокой рыжеволосой колдуньей. Прежде, чем кто-то успел что-то понять, она отобрала у девушки посох, а потом ударила ее ногой в челюсть. В отличие от предыдущего удара Нэвэн, этот был произведен безупречно — эльфийка рухнула замертво. Посох, которым училась драться Анаконда, был обычным деревянным шестом, но магические посохи эльфов, как правило, было отлично сбалансированы и вполне могли использоваться в качестве оружия. Обычно Анаконда брала за свою работу большие деньги и оттого не любила убивать кого-то кроме тех, кого ей заказали. Убийство чародейки было необходимо для собственной безопасности, но простые воины угрожать ассасинше не могли, так что она просто вывела их из строя. На то, чтобы с помощью посоха сломать девятерым эльфам руки и ноги, оркше потребовалось две с половиной минуты. После этого он снова повернулась к Нэвэн.
Леди-командующая ожидала ее. С самого начала она знала, что отряду из десяти воинов не сдержать Анаконду. Смириться с этой мыслью было не так уж сложно — в конце концов и сама Нэвэн, и Золотой Лист, и шесть сотен воинов, осадивших Корон’Нере были частью приманки и тянули время для исполнения более грандиозного плана, и мысль о том, что некоторые из них могут заодно потянуть время и для Нэвэн, не казалась слишком злодейской. Леди-командующая успела полностью освободиться от доспехов, которые все равно не могли защитить ее от ударов в лицо и корпус, зато стесняли движения, и теперь ждала Анаконду с мечом в руках. Ушибы и переломы от ударов оркши уже почти не беспокоили эльфийку — Варарион погиб и этого вполне хватило на исцеление несерьезных ранений. Другие члены Золотого Листа могли лишь понять, что их живучесть возросла, но командующая могла точно определить, кто именно из ее товарищей был повержен.
«Сэ найкэ йалумэ’эстолад йа илкуэн элмэ апалумэ куалин, - недоумевала Нэвэн. - Ма йалумэ пелла? Нан мине кэ мине — инье кэ кар’сина урко… Инье ворима кен’сина неуна — хенрья тин а сэ на’йур линтанэ, нан на’куэл ан драми. Инье йалумэ кенда’ос’синанолвэ, нан урко эт синавала… Интья сэ харья’тадканти — массэ сэ линтанэ йур’а’нурта, а массэ сэ тулканэ палпа’а’бронья. Сэ эккат’сина канти тер эккат’хенкалима. Инье мюрэ реми’сэ ми эккат — инье палпа линтанэ сэ тап’инье, а сэ эккат ми линта канта. А инье хехта’махта, талта’сэ, хам’сэ а палпа карья йа сэ куалин.» (эльф. «Он же должен был оставаться в штабе до тех пор, пока мы все не умрем… Что у них там случилось? В любом случае, сначала надо расправиться с этой оркшей… Во второй раз я точно это видела — ее глаз сверкнул и она стала двигаться быстрее, но это сделало ее уязвимой для моих ударов. Приходилось читать о такой магии, хотя я и не ожидала увидеть такого у оркши… Вероятно, у нее есть два состояния — то, в котором она быстрее передвигается и обладает ускоренной реакцией, и то, в котором она сильнее бьет и лучше держит удар. Переход между этими состояниями обозначается сменой цвета глаза. Мне нужно просто поймать ее на переходе — я нанесу ей удар, который она не успеет блокировать, и ей придется перейти в ускоренное состояние, чтобы увернуться. Сразу же после этого я выброшу оружие, собью ее с ног, сяду сверху и буду бить по голове, пока не помрет.»)
—Ты снова какую-то железку себе нашла… - покачала головой Анаконда. - Ну хоть не сбежала, хвалю.
Отбросив в сторону посох, она стремительно переместилась к эльфийке и ударила в челюсть. Этот удар имел все шансы оказаться столь же эффективным, как тот, что убил чародейку, но почему-то не стал смертельным для Нэвэн.
— Это тебе, чтобы не била, когда противник смотрит в другую сторону, - пояснила оркша, когда эльфийка поднялась на ноги после головокружительного полета. - А теперь продолжим.
Нэвэн очень быстро поняла недостаток своего плана: Анаконда атаковала столь часто и эффективно, что леди-командующей оставалось лишь защищаться — она не была уверена, что переживет еще один удар в корпус или в голову. Меч приходилось пускать в дело осторожно — если бы оркша перехватила удар, то запросто могла сломать оружие.
«Сина райкэ, - подумала теснимая ассасиншей эльфийка. - Урко лайта’тулка лимбэнэ, нан манан нис манен сэ кар’макар? Эт илкуэн уркокалло инье йалумэ кен, укуэн перин сина тулка.» (эльф. «Это несправедливо… Орки более всего ценят силу, так почему кто-то вроде нее работает наемной убийцей? Среди всех известных мне орочьих витязей, ни один не был в половину так силен.»)
В этот момент удача наконец улыбнулась Нэвэн — если гибель друга можно было считать удачей. Унолиф пал, сраженный клинком Сар’ара, и леди-командующая ощутила прилив сил.
«Унолиф, дурак…» (эльф. «Унолиф, аласайла…»), - печально подумала та ее часть, что была эльфийкой.
«Сейчас» (эльф. «Сина лу»), - приказала та ее часть, что была воительницей.
